Гипертоническая болезнь в сочетании с почечной патологией
Казалось бы, при чем здесь почки, если в нашем организме именно сердце выполняет роль насоса, прокачивающего кровь? Но поскольку давление – это производное работы трех взаимозависимых составляющих, сердца, сосудистого тонуса и почек, в процессе эволюции так сложилось, что функция регулятора давления досталась именно почкам. Иначе они не смогли бы выполнять фильтрацию поступающей в организм человека жидкости.
При нарушении этой функции давление падает, в кровь начинает поступать большое количество особого вещества – ренина, которое преобразуется в ангиотензин, обладающий способностью вызывать сужение сосудов и стимулировать продукцию гормона надпочечников альдостерона. Этот гормон способен задерживать в организме натрий и воду, уровень циркулирующей крови перестает соответствовать объему сосудистого русла, что и вызывает почечную гипертензию.
Причины
Почечную гипертонию относят к вторичной (симптоматической) гипертензии. Данная патология почек встречается в 7-10% случаев повышения артериального давления. Причиной развития состояния может выступать любое заболевание почек:
Очень часто почечная гипертония возникает в сочетании с сахарным диабетом и другими болезнями эндокринной системы. Довольно часто развитие почечной гипертонии возникает на фоне приема некоторых лекарственных препаратов.
Симптомы почечной гипертонии
Поскольку почечная гипертония, как правило, возникает на фоне поражения почек вследствие какого-либо заболевания, симптоматика будет сочетаться с признаками основной патологии. Характерным клиническим признаком болезни (помимо роста артериального давления) является стойкое повышение нижнего (диастолического) давления.
Кроме того, гипертоническая болезнь почек сопровождается следующими симптомами:
Регулярное повышение нижнего (диастолического) давления, помимо развития почечной и сердечной недостаточности, а также возникновения нарушений мозгового кровообращения, чревато тяжелыми поражениями артерий и кровоизлияниями в глазную сетчатку.
Поэтому крайне важно диагностировать болезнь как можно раньше, ведь из-за сложности механизма регуляции почечного давления эта патология очень сложно поддается лечению и быстро принимает злокачественное течение.
Диагностика
«Клиника современной медицины» имеет мощную современную лабораторно-техническую базу, что позволяет быстро провести комплексное исследование и оперативно получить достоверные результаты. Выяснить, имеет ли гипертония почечный компонент, помогут следующие исследования:
Дифференциальная диагностика дает возможность точно выявить патологию, определить разновидность гипертонии, ее стадию и тяжесть течения, что позволяет врачу подобрать самую результативную схему лечения.
Лечение почечной гипертонии
Сочетание болезней почек и артериальной гипертонии достаточно сложное, поскольку почки могут одновременно являться как причиной развития гипертензии, так и быть для данной патологии основной мишенью. Поэтому лечение почечной гипертонии всегда комплексное, одновременно направленное на нормализацию АД, улучшение состояния почек и лечение основного заболевания.
Артериальная гипертония с почечным компонентом – очень опасное состояние, поэтому самостоятельное лечение или бесконтрольный прием медикаментов, которые якобы «должны помочь», недопустимо! Нефролог индивидуально подбирает схему лечения, в зависимости от типа, стадии и причины болезни. Лечение почечной гипертонии должно быть длительным, непрерывным и обязательно включает диету, ограничивающую потребление соли и жидкости.
В некоторых случаях, если патология спровоцирована сужением почечной артерии, рекомендуется оперативное вмешательство, направленное на устранение дефекта сосуда и нормализацию состояния организма. Терминальная стадия почечной гипертонии предполагает регулярное применение гемодиализа и пересадку почек.
Врачи-нефрологи «Клиники современной медицины» при лечении почечной гипертонии отдают предпочтение комплексному подходу и применяют только новейшие антигипертензивные лекарственные средства, которые:
Медикаментозная терапия является далеко не единственным методом лечения почечной гипертонии. Наши специалисты обладают глубокими научными знаниями в области нефрологии, активно разрабатывают и применяют уникальные программы лечения, эффективно комбинирующие традиционные и современные методики. Комплексный подход к решению проблемы позволяет достигать высоких терапевтических результатов даже в сложных клинических ситуациях.
Наш медицинский центр оказывает самый широкий спектр услуг. Вы всегда можете обратится к нам по вопросам лечения нефрологических заболеваний. Мы готовы оказать вам услуги лечения гломерулонефрита и лечения хронической почечной недостаточности.
Что такое гвк в медицине
Определение концентрации метаболитов адреналина, норадреналина, дофамина и серотонина в суточной моче, используемое для диагностики нейробластомы, феохромоцитомы, карциноидной и других нейроэндокринных опухолей и для контроля за их лечением.
ВМК, ГВК, 5-ОИУК в суточной моче, метаболиты фенилэтиламинов.
Vanillylmandelic Acid, VMA, 4-Hydroxy-3-Methoxymandelic Acid, Homovanillic Acid, HVA, 5-Hydroxyindolacetic Acid, 5-HIAA, 5-OH-Indoleacetic Acid, 24 Hour, Urine.
Мг/сут. (миллиграмм в сутки).
Какой биоматериал можно использовать для исследования?
Как правильно подготовиться к исследованию?
Общая информация об исследовании
Метаболизм катехоламинов представляет собой сложную цепочку биохимических превращений, в результате которой образуются промежуточные и конечные продукты обмена. Из всего многообразия метаболитов адреналина, норадреналина и дофамина особого внимания заслуживают ванилилминдальная кислота (ВМК) и гомованилиновая (ГВК) кислота. Основным метаболитом серотонина является 5-гидроксииндолуксусная кислота (5-ОИУК). Анализ на эти метаболиты проводят при подозрении на опухоли нейроэндокринного происхождения: нейробластому, феохромоцитому и карциноидную опухоль.
Катехоламины характеризуются достаточно высокой скоростью метаболизма. В результате этого измерение концентрации адреналина, норадреналина и дофамина в крови не всегда отражает их истинную динамику. Напротив, концентрация конечных продуктов их метаболизма в моче относительно стабильна. Это имеет особое значение при диагностике феохромоцитомы. В большинстве случаев наблюдается пароксизмальная форма феохромоцитомы, при которой норадреналин секретируется не постоянно, а эпизодически. При этом диагностически значимое повышение концентрации норадреналина во время гипертонического криза удается выявить не всегда, что обусловлено его быстрым распадом. В межприступный период уровень норадреналина находится в пределах нормы. По этой причине предпочтительным методом для диагностики феохромоцитомы является определение основного метаболита норадреналина в моче – ванилилминдальной кислоты. Как правило, при феохромоцитоме концентрация ВМК в моче значительно больше нормы – ее четырехкратное превышение является диагностическим критерием этого заболевания. Следует, однако, отметить, что уровень ВМК в моче не превосходит норму при микроскопических опухолях, а также парасимпатических параганглиомах. Повышение ВМК не является строго специфичным признаком феохромоцитомы и также может наблюдаться при некоторых других опухолях нейроэндокринного происхождения (ганглионейробластоме, ганглионевроме), употреблении лекарственных препаратов (аспирина, сульфаниламидов, пенициллина), а также при нормальном физиологическом состоянии организма в случае стресса, усиленных физических нагрузок. Для исключения ложноположительного результата рекомендуется дополнять исследование ВМК в моче измерением концентрации метанефрина и норметанефрина – более специфичных в отношении феохромоцитомы метаболитов адреналина и норадреналина.
Около 25-33 % случаев феохромоцитомы обусловлено генетическими факторами (наследственно обусловленные синдромы). Наиболее ярким примером являются множественные эндокринные неоплазии – МЭН-синдромы. Так, МЭН 2А-типа – это сочетание феохромоцитомы, медуллярного рака щитовидной железы и аденомы паращитовидной железы. По этой причине при повышенной концентрации ВМК в моче и выявленной феохромоцитоме целесообразно провести дополнительные исследования для исключения сочетанной патологии. Кроме того, рекомендуется лабораторное обследование родственников пациента.
Повышение ВМК и ГВК в моче удается обнаружить в 90-95 % случаев нейробластомы. Нейробластома – это злокачественная опухоль симпатического отдела нервной системы, более характерна для детского возраста. Высокая концентрация ВМК и ГВК также может наблюдаться и при менее агрессивных (более «зрелых») опухолях из клеток нервного гребня – ганглионевроме и ганглионейробластоме. Определение ВМК и ГВК в моче является дополнительным тестом для диагностики нейробластомы и не позволяет провести дифференциальную диагностику опухолей из эмбриональной нервной ткани. Результаты исследования следует интерпретировать с учетом данных радиологического и гистологического исследования.
Другую группу нейроэндокринных опухолей составляют карциноиды (карциноидные опухоли). Для карциноидных опухолей разной локализации характерна секреция различных специфических гормонально активных веществ (соматостатина, глюкагона, вазоактивного интестинального пептида и многих других). Однако общим клинико-лабораторным маркером большинства карциноидов является секреция серотонина, который затем метаболизируется в печени с образованием 5-гидроксииндолуксусной кислоты. Анализ на 5-ОИУК в суточной моче характеризуется высокой чувствительностью (75 %) и специфичностью (88-100 %), что позволяет считать его одним из основных способов подтверждения диагноза «карциноидная опухоль». Хотя необходимо помнить, что существуют и не секретирующие серотонин карциноиды.
Уровень метаболитов катехоламинов также измеряют, чтобы оценить эффективность лечения опухолей нейроэндокринного происхождения, в первую очередь нейробластомы.
Необходимо отметить, что уровень метаболитов катехоламинов в моче зависит от особенностей диеты, приема лекарственных препаратов и наличия сопутствующих заболеваний. Поэтому результат исследования надо оценивать с учетом дополнительных анамнестических, лабораторных и инструментальных данных.
Для чего используется исследование?
Когда назначается исследование?
Гипервентиляционный синдром и дисфункциональное дыхание
Клинические особенности, диагностические критерии гипервентиляционного синдрома (ГВС) и дисфункционального дыхания (ДД) недостаточно знакомы широкому кругу врачей [1, 2, 3]. К одной из исторических вех, связанной с понятиями о функциональных нарушениях
Клинические особенности, диагностические критерии гипервентиляционного синдрома (ГВС) и дисфункционального дыхания (ДД) недостаточно знакомы широкому кругу врачей [1, 2, 3]. К одной из исторических вех, связанной с понятиями о функциональных нарушениях дыхания, относят 1871 год, когда Да Коста (Da Costa Jacob, 1833–1900), американский врач, принимавший участие в Гражданской войне США, применил термин «гипервентиляционый синдром» (ГВС) у пациентов с так называемым «солдатским сердцем». С тех пор для характеристики дыхательных расстройств предлагались различные альтернативные определения: «дыхательный невроз», «нейрореспираторная дистония», «респираторный синдром», «респираторная дискинезия», «идиопатическая гипервентиляция», «нейрореспираторный синдром», «неустойчивое дыхание» и др. Однако указанные термины не получили широкого признания. Они являются достаточно общими и не отражают особенностей нарушений дыхания у конкретного больного [4]. Перечисленные определения нередко связывают с понятием «непонятная одышка» (unexplained dyspnea).
ГВС встречается в 6–11% от числа пациентов общей практики. Соотношение мужчин и женщин составляет 1:4, 1:5; чаще наблюдается в 30–40 лет, но возможно развитие в других возрастных группах, включая детей и пожилых. L. Lum (1987) подчеркивал, что «каждый врач в течение недели может встретить хотя бы одного больного с ГВС». Врачи различных специальностей — невропатологи, кардиологи, пульмонологи, психиатры — могут наблюдать у своих пациентов явления гипервентиляции. Острое течение ГВС встречается значительно реже, чем хроническое, и составляет лишь 1–2% от общего числа больных [2, 6, 7].
Причины развития ГВС довольно многочисленны. Это неврологические и психические расстройства, вегетативные нарушения, болезни органов дыхания, некоторые заболевания сердечно-сосудистой системы, органов пищеварения, экзогенные и эндогенные интоксикации, лекарственные средства (салицилаты, метилксантины, β-агонисты, прогестерон) и др. Считается, что в 5% случаев ГВС имеет только органическую природу, в 60% случаев — только психогенную, в остальных — комбинации этих причин [6].
Важной особенностью развития ГВС является то обстоятельство, что если причины, являющиеся триггерными, устраняются, то гипервентиляция, которая уже не соответствует требованиям конкретной ситуации, сохраняется, сохраняется и гипокапния. Происходит стабилизация гипокапнических нарушений газообмена и формируется «порочный круг» ГВС, который начинает циркулировать автономно, и симптомы могут персистировать достаточно долго — феномен «махового колеса». Эти изменения реакции дыхания указывают на уязвимую систему контроля дыхания, которая не способна поддержать нормальное парциальное давление углекислого газа в крови (РСО2) и кислотно-щелочной гомеостаз [8, 9, 10, 11].
В основе развития клинических проявлений ГВС лежат гипокапнические нарушения газообмена [2, 3, 10]. Среди множества клинических проявлений ГВС одышка является ведущей жалобой и встречается практически в 100% случаев. Одышка может быть единственным клиническим проявлением, но чаще сочетается с другими симптомами.
Основные клинические проявления ГВС
Респираторные: одышка, вздохи, зевота, сухой кашель.
Общие: снижение трудоспособности, слабость, утомляемость, субфебрилитет.
Кардиальные: кардиалгия, экстрасистолия, тахикардия.
Психоэмоциональные: тревога, беспокойство, бессонница.
Гастроэнтерологические: дисфагия, боли в эпигастрии, сухость во рту, аэрофагия, запоры.
Неврологические: головокружение, обмороки, парестезии, тетания (редко).
Мышечные: мышечная боль, тремор.
Диагностика ГВС в первую очередь опирается на знание врачей самых различных специальностей об особенностях клинической картины ГВС. ГВС должен устанавливаться только после проведения дифференциальной диагностики с другими заболеваниями, протекающими с синдромом одышки. Полиморфизм клинических проявлений ГВС вызывает диагностические проблемы. Назначаются многочисленные обследования, дорогостоящие, ненужные, а иногда и опасные для больного. L. Lum (1987), обсуждая диагностические проблемы, называет среди врачебных ошибок бесполезные абдоминальные операции, операции на позвоночнике и других органах, инвазивные исследования, проводимые не без риска, и, что еще хуже, такие диагнозы, как эпилепсия и инфаркт миокарда. Взаимосвязи гипокапнии и ассоциированных с ней симптомов являются чрезвычайно сложными. Многие врачи при регистрации у больных низких значений РСО2 автоматически устанавливают диагноз ГВС, что является неправильным. Известно, что явления гипокапнии могут быть у больных рестриктивными легочными процессами, при лихорадочных состояниях, сердечной патологии, однако при этом «классических» гипокапнических жалоб может и не быть. И наоборот, так называемые гипокапнические жалобы, например тревога, одышка, парестезии и др., встречаются у пациентов с нормокапнией.
В практической медицине больной с ГВС — это пациент, предъявляющий жалобы на одышку, которая не соответствует данным объективного осмотра, показателям клинико-инструментальных исследований дыхания, с диспропорциональной, непонятной одышкой, субъективное восприятие которой является довольно тягостным. К сожалению, при отсутствии достоверных объяснений одышки больные обычно направляются для консультаций в различные лечебные учреждения. В конечном итоге они и формируют основной контингент альтернативной медицины, различных псевдоспециалистов «по тренировке правильного дыхания».
Исследование функции внешнего дыхания, имеющее важное значение в дифференциальной диагностике одышки, не помогает в верификации функциональных нарушений дыхания. Основным подтверждением ГВС служит выявление гипокапнических нарушений газообмена. Снижение РСО2 — прямое свидетельство альвеолярной гипервентиляции. Однако исходная гипокапния у больных с ГВС встречается не так часто. Поэтому в тех случаях, когда у пациента с предположительным ГВС в условиях покоя определяются нормальные значения углекислоты, рекомендуется определение изменений уровня СО2 при различных провокационных тестах. К «золотому стандарту» диагностики ГВС относят пробу с произвольной гипервентиляцией.
Департаментом пульмонологии университета г. Наймиген (Голландия) разработан Наймигенский опросник (Nijmegen questionnaire) для выявления физиологических показателей дизрегуляции вентиляции, сопоставимых с ГВС (табл.). Анкета содержит 16 пунктов, которые оцениваются по 5-балльной шкале (0 — никогда, 4 — очень часто). Минимальные и максимальные достижимые числа — 0 и 64 соответственно.
Данный опросник нашел свое применение прежде всего для скрининг-диагностики ГВС. Существует положение, согласно которому использование данного опросника позволяет корректно предсказывать ГВС в 90% от всех случаев [2, 12].
В последние годы в клиническую практику начинает внедряться понятие «дисфункциональное дыхание» (ДД). Приоритет внедрения термина принадлежит Ван Диксхорну (J. van Dixhoorn), который привел его в работе Hyperventilation and dysfunctional breathing (1997). Основанием для этого явилось понимание, что при функциональных нарушениях дыхания возможны различные изменения паттерна дыхания и значений РCO2, а не только гипокапнические расстройства, характерные для ГВС. ДД может проявляться также быстрым, аритмичным, поверхностным дыханием, частыми вздохами, преобладанием грудного типа дыхания.
Одной из сложных и дискуссионных проблем в пульмонологии является понимание взаимоотношений ГВС, ДД и бронхиальной астмы (БА) [15–18]. С. И. Овчаренко и др. (2002) у 22 из 80 больных БА выявили нарушения дыхания, соответствующие критериям ГВС. Сведений относительно встречаемости дисфункциональных нарушений дыхания при астме немного. Установлено, что среди лиц с диагнозом БА и по крайней мере с одним предписанием антиастматического препарата 29% имеют клинические признаки ДД [19]. Указывается, что ДД может усиливать симптомы БА и приводить к избыточному назначению лекарств.
Достаточно сложным является понимание механизмов развития дисфункциональных расстройств дыхания при БА; существует ряд предположений. К достаточно обоснованным факторам развития гипервентиляции относят тревожные расстройства. Использование больными бронходилататоров (β-2-агонисты, теофиллин), которые обладают эффектами стимуляции дыхания, также относят к факторам развития гипервентиляции. Обсуждается роль изменений перцепции одышки при БА. Анализ существующих проблем взаимосвязи ДД и БА провел M. Morgan (2002), представив следующие ключевые положения:
В зависимости от установления особенностей ДД должна осуществляться и программа лечения больных. При выявлении ГВС релаксирующие методы дыхательной гимнастики проводятся под руководством опытных инструкторов, назначаются β-адреноблокаторы, бензодиазепины [5, 22, 23]. При явлениях гиповентиляции — массаж дыхательных мышц, использование дыхательных тренажеров. Выявление ГВС при БА указывает на необходимость применения методов коррекции функциональных нарушений дыхания. Релаксирующие дыхательные упражнения за счет неспецифических механизмов дыхательного тренинга улучшают качество жизни у этих больных.
По вопросам литературы обращайтесь в редакцию.
В. Н. Абросимов, доктор медицинских наук, профессор
Рязанский ГМУ им. акад. И. П. Павлова, Рязань
Оглавление
Ряд серьезных заболеваний требует точной и быстрой постановки диагноза, благодаря чему удается не только избавить человека от неприятных симптомов, но и спасти его жизнь. В клиниках МЕДСИ используются современные диагностические методики, одна из которых – коронарография – чрезвычайно важна при наличии ишемической болезни сердца, нарушениях ритма и проводимости сердца и других патологиях сердечнососудистой системы. ИБС – заболевание, которое является одной из основных причин смертности во всех странах мира. ИБС диагностируется преимущественно у мужчин после 40 лет, однако коронарографию следует проходить при наличии показаний, вне зависимости от пола. Исследование применяется с середины 20 века, и в развитых странах является вторым по распространенности среди малоинвазивных процедур.
Что такое коронарография
Коронарная ангиография – малоинвазивное исследование сосудов сердца, в ходе которого врач получает рисунок сосудов сердца с помощью введения в артерии рентгенконтрастного вещества. Сегодня данная процедура считается одной из самых информативных в кардиологии в отношении патологии сосудов.
Инвазивность коронарографии заключается в выполнении прокола вены для введения специальной тонкой трубки – катетера, которая в ходе процедуры будет продвинута к сердцу. Ход продвижения катетера контролируется врачом с помощью оборудования. При коронарографии вводят рентгенконтрастное вещество – такое, которое способно поглощать рентгеновские лучи. Благодаря данному веществу и работе рентген-аппарата на экране монитора формируется картина сосудов, и врач может в деталях изучить места сужения артерий и степень данной патологии. Коронарография сосудов сердца редко требует общего наркоза, в подавляющем большинстве случаев достаточно местной анестезии. Исследование не требует длительной госпитализации и имеет высокую диагностическую ценность для определения состояния здоровья пациента, методики его лечения и объема необходимых хирургических манипуляций.
Виды коронарографии отличаются объемом проведения исследования:
В зависимости от методики проведения коронарография сердца может быть следующих видов:
Показания к коронарографии
Показаний к процедуре достаточно много, их список постоянно расширяется, но к наиболее часто встречающимся относят следующие:
Коронарографию сосудов проводят в том числе перед серьезными операциями по трансплантологии, а также для людей с профессиями повышенных рисков – летчиков, космонавтов и других.
Противопоказания
Процедура может быть проведена для любого пациента, однако ее откладывают или проводят с большой осторожностью в некоторых случаях.
При наличии у пациента таких состояний исследование по возможности не проводят до стабилизации здоровья, однако в экстренных случаях коронарография сосудов допустима, так как она имеет большую диагностическую ценность и может быть чрезвычайно важной для спасения жизни человека.
Подготовка к коронарографии
Перед процедурой пациент проходит различные исследования – крови, УЗИ сердца, электрокардиографию, нагрузочный тест и сдает другие анализы, полный список которых назначается лечащим врачом.
Коронарография выполняется в первой половине дня, натощак, и длится от 30 до 120 минут. Если исследование проводят амбулаторно, предварительной госпитализации не требуется, и пациент приходит утром сразу на коронарографию. В стационаре же госпитализация выполняется накануне.
Для уменьшения нервозности перед исследованием проводится инъекция препарата, успокаивающего нервную систему. В процессе выполнения процедуры пациент может наблюдать на экране ход коронарной ангиографии, общаться с врачом, но в некоторых случаях возможно также использование общего наркоза.
Для введения рентгенконтрастного вещества выполняется пункция артерии на руке или бедре, поэтому место пункции следует заранее освободить от волосяного покрова.
Как производится коронарография
Коронарография сердца проводится в специально оснащенной рентген-оборудованием операционной. Пациента подключают к датчикам электрокардиограммы, обрабатывают место прокола вены антисептиками и выполняют местное обезболивание. Когда операционное поле готово, сосуд прокалывают для введения катетера. Он представляет собой тонкую трубочку, которую врач продвигает к устью артерии, контролируя это продвижение с помощью аппаратуры. Когда устье артерии достигнуто, через конец катетера в месте пункции врач начинает подавать контрастное вещество, которое через катетер доходит до сосудов сердца. В это время выполняются рентген-снимки и видеозапись процесса заполнения сосудов веществом. И пациент, и врач могут следить за выполнением коронарографии на экране. Когда снимки сделаны, врач завершает процедуру, извлекая катетер и накладывая на место пункции давящую повязку.
Возможные осложнения
В перечень возможных осложнений входят следующие.
Однако все эти осложнения маловероятны, их суммарная частота составляет не более 2 %, а проведение исследований до процедуры и врачебное наблюдение после нее делают риски для пациентов минимальными.
После коронарографии
Сразу после завершения исследования на место прокола артерии накладывают салфетку и с силой фиксируют ее специальным прибором для остановки кровотечения. Через 10-15 минут салфетку меняют тугой повязкой. В ближайшие 5-10 часов пациент должен находиться под врачебным наблюдением в обычной палате. Срок пребывания в лечебном учреждении зависит в том числе от показателей свертываемости крови. Все это время пациент должен сохранять горизонтальное положение, не разрешается также сгибать руку или ногу, на которой проводилась пункция. Прием пищи возможен сразу после процедуры. Обычно пациент на второй день после процедуры полностью работоспособен и может покинуть палату. Врачи тщательно изучают полученные снимки и видео.
Преимущества проведения коронарографии в МЕДСИ
В клиниках МЕДСИ коронарография сосудов сердца проводится только врачами высшей категории. Для удобства пациентов и получения точных результатов мы предлагаем:
Коронарография сосудов в МЕДСИ позволяет быстро и точно установить диагноз и выбрать наиболее эффективную методику лечения болезни. Звоните, чтобы получить дополнительную информацию и записаться на прием к врачу.
