«Атлант расправил плечи »-политическая антиутопия от Айн Рэнд
Автором сея шедевра является американская писательница Айн Рэнд, родившаяся ещё в Российской империи, но жившая в США.
«Атлант» это её последняя и самая популярная книга. Рэнд сама считала её лучшим произведением которое она когда-либо писала. Роман состоит из 3‑х частей и по нему даже сняты 3 фильма, в соответствии с частями книги. В названии книги собственно и заключается сюжет произведения(далее поясню). Роман был опубликован в 1957 году и после недели продаж занял 6 позицию в списке бестселлеров New York Times.
Сюжет заключается в противостоянии и вечном сравнении капитализма и социализма.Власть пытается проводить жёсткие социалистические реформы, что на корню рубит все достижения владельцев заводов, фабрик…На примере нескольких из них нам и повествуется удивительная история, в очередной раз показывающая превосходство капиталистической системы, свободного рынка над социалистической системой плановой экономики. По сюжету, у всех владельцев заводов и крупных предприятий начинаю национализировать бизнес, по факту грабить их, и они один за другим бросают его и пропадаю.В итоге уходят почти все кроме Дагни и Хэнка.Хэнк идёт на суд по делу о национализации его завода-одно из ключевых событий романа.Где утверждает, переводя на свою сторону зрителей, что он сам создал завод, своей кровью и потом, а правительство просто бандиты, которые его грабят, но без боя он не сдастся и если он им нужен, так пусть придут и отберут его силой, подобно бандитам. Это лишь крохотная вырезка из сюжета, демонстрирующая весь смысл произведения.Хэнк Риарден на суде:«Вот это и есть пробел в вашей теории, господа, – мрачно произнес Риардэн. – Если вы предпочитаете общаться с людьми посредством принуждения –, пожалуйста. Но вы обнаружите, что вам намного чаще, чем вы думаете, будет необходимо добровольное сотрудничество ваших жертв. А жертвам следует уяснить, что только их собственное волеизъявление, к которому вы не можете их принудить, дает вам возможность так поступать. Мне хочется быть последовательным, и я подчинюсь вам в рамках ваших принципов. Чего бы вы от меня ни потребовали, я сделаю это только под дулом пистолета. Если вы отправите меня в тюрьму, вам придется послать вооруженных людей, чтобы они доставили меня туда, сам я и не пошевелюсь. Если вы оштрафуете меня, вам придется отнять мою собственность, чтобы получить штраф, сам я не соизволю заплатить. Если вы уверены, что у вас есть право принуждать меня, расчехлите свои стволы. Я не стану способствовать маскировке истинной природы ваших действий.»
Атлантида-местечко куда перебранись все те, кто не согласен с реформами государства. Все в этом затерянном в горах поселении-богатые капиталисты, нашедшие утешение в хоть и малочисленном, но обществе честных и справедливых людей, добившихся всего собственным трудом. Джон Голт называет свой протест бунтом воли и разума против толпы и ее невежества.
Подводя итог весму выше сказанному, хочу отметить, что сам роман необъятно большой и не каждый желающий в состоянии его осилить, лично я прочитал его за 2 недели и то будучи сильно заинтересован и затянут сюжетом и смысловой составляющей произведения, но оно того безусловно стоит и вряд ли найдётся человек, не нашедший в нём ничего для себя интересного. Всем же кто читал сие произведение хочу попросить высказать своё мнение в комментариях, учтя при этом что статья писалась с учётом на то что большинство читателей роман не читали и 90% сюжета я попытался обойти стороной, рассказав об идеологической составляющей, и «скелете» произведения.
Хочу заметить, что я писал лишь о политической ориентации книги, все так или иначе вышеупомянутые слова, лишь сугубо личное мнение автора статьи.
Ученые из МИСиС разработали «металл Реардена»
Команда исследователей Московского Института Стали и Сплавов (МИСиС) под руководством профессора Дмитрия Гольдберга разработала сплав на основе алюминия, такой же легкий, как и этот металл, но в 25 раз более прочный, что позволяет сравнивать его со сталью.
Разработка нового материала стала возможной благодаря уникальной в России и новой в мире технологии упрочнения с помощью нанотрубок нитрида бора. В ближайшее время ученые намерены увеличить прочность стали в 2−3 раза. А дальше, в результате усовершенствований, сплав на основе алюминия должен стать в 4−5 раз прочнее самой прочной стали и при этом легче, чем алюминий.
Проект наполовину был посвящен нанотехнологиям, наполовину — металлургии. В научном плане были найдены методы получения композитов, состоящих из легкого металла и очень прочной части из нанотрубок или наночастиц нитрида бора. Уже изготовлены композиты нескольких видов. Первый — когда нанокомпозиты создаются путем напыления легкого металла на нанотрубки. Второй — когда смешиваются порошки и делается тонкая лента, которая выглядит как обычная алюминиевая, но в нее внедрены наноструктуры. В то же время прочность этих структур превышает прочность стали в 50 раз. Таким образом, достаточно добавить немного этих упрочняющих волокон и материал становится гораздо прочнее.
Материал открывает новую стадию развития для авиации, автомобилестроения, космической отрасли, поскольку при значительном росте прочности и термических характеристик происходит кардинальное снижение веса техники, что позволит перевозить большее число пассажиров и грузов на белее длинные расстояния и сокращать расход топлива. Также материал может найти применение в биомедицинских технологиях.
Атлант расправил плечи. Часть I. Непротивление (9 стр.)
— Лучшие специалисты в области металлургии, — произнес он, — единодушно проявляют крайний скептицизм в отношении риарден-металла…
— Ну, так на чье же мнение ты полагаешься?
— Чужие мнения меня не интересуют.
— И чем же ты руководствуешься?
— И к чьему же суждению ты прислушиваешься?
— К своему собственному.
— Но с кем ты консультировалась по этому поводу?
— Тогда скажи на милость, что вообще известно тебе о риарден-металле?
— То, что это величайшая находка нашего рынка.
— Потому что сплав этот прочней и дешевле стали; кроме того, рельсы из него переживут век любого известного нам металла.
— Но кто может утверждать это?
— Джим, в колледже я изучала инженерное дело. И если я что-то вижу, то знаю, почему.
— И что же ты увидела?
— Состав сплава и результаты экспериментов, которые показал мне Риарден.
— Ну, если бы этот сплав на что-то годился, его уже использовали бы, а это не так. — Заметив нарастающую вспышку гнева, он нервным тоном поправился. — Откуда тебе может быть известно, что это хорошо? Откуда такая уверенность? Как ты можешь принять такое решение?
— Кому-то приходится брать на себя ответственность, Джим. Кому же, по-твоему?
— Ну, я не понимаю, почему мы должны оказаться здесь первыми. Я совершенно этого не понимаю.
— Так ты хочешь спасти ветку Рио-Норте или нет? — Таггерт не ответил. — Если бы дорога могла это позволить, я сняла бы вообще все рельсы и заменила их на риарден-металл. Все пути пора менять. Долго они не продержатся. Но это нам пока не по карману. Сперва нам необходимо выбраться из дыры. Ты хочешь этого или нет?
— Мы по-прежнему остаемся лучшей железной дорогой страны. Дела других компаний складываются много хуже.
— Значит, ты хочешь, чтобы мы оставались в дыре?
— Я не говорил этого! Почему ты всегда все упрощаешь? И если тебя так волнуют деньги, не понимаю, почему ты так рвешься потратить их на линию Рио-Норте, когда компания «Феникс-Дуранго» нагло отобрала у нас все перевозки по ней. Зачем тратить деньги там, где у нас нет защиты от конкурента, способного воспользоваться нашими вложениями?
— Потому что «Феникс-Дуранго» — отличная компания, но я намереваюсь сделать линию Рио-Норте еще лучше, чем у них. Потому что я намереваюсь победить «Феникс-Дуранго», — но только если это станет необходимо, потому что в Колорадо хватит места не только двум, но и трем железнодорожным компаниям. Потому что я готова заложить всю дорогу, чтобы построить ветку, выходящую поближе к месторождению Эллиса Уайэтта.
— Меня тошнит от одного имени Эллиса Уайэтта.
Таггерту совсем не понравился взгляд Дагни.
— Я не вижу необходимости в немедленных действиях, — проговорил он обиженным тоном. — Например, почему ты считаешь настоящее положение «Таггерт Трансконтинентал» настолько уж тревожным?
— Из-за твоей политики, Джим.
— Во-первых, этого тринадцатимесячного эксперимента с «Ассошиэйтед Стил». И, во-вторых, твоей мексиканской катастрофы.
— Правление одобрило контракт с «Ассошиэйтед Стил», — торопливо проговорил он. — Правление проголосовало и за строительство линии Сан-Себастьян. К тому же, я не понимаю, почему ты называешь это решение катастрофой.
— Потому что мексиканское правительство готово в любой момент национализировать твою линию.
— Это ложь! — Он едва не кричал. — Это просто злобные сплетни! Опираясь на совершенно надежный внутренний источник, я готов…
— Не надо обнаруживать свой испуг, Джим, — презрительно бросила Дагни.
— Я отказываюсь, просто отказываюсь обсуждать саму возможность национализации линии Сан-Себастьян!
— Отлично. Значит, мы ее не обсуждаем.
Она молчала. И он заговорил, тщательно взвешивая каждое слово:
— Не понимаю, почему ты так стремишься предоставить шанс Эллису Уайэтту, однако считаешь ошибкой участие в развитии неимущей страны, которая никогда не получит такого шанса.
— Эллис Уайэтт никого не просил предоставить ему шанс. Потом, предоставлять шансы не мое дело. Я руковожу железной дорогой.
— На мой взгляд, это чрезвычайно узкая точка зрения. И мне непонятно, почему мы должны помогать одному человеку, а не целой стране.
— Помощь кому бы то ни было меня не интересует. Я хочу делать деньги.
— Это негодная позиция. Эгоистичная жажда личной выгоды отошла в прошлое. Сегодня все знают, что интересам общества в целом всегда следует отдавать предпочтение в любом деловом предприятии, которое…
— И как долго ты будешь еще уклоняться от принятия решения, Джим?
— Относительно заказа на риарден-металл.
Таггерт не отвечал. Он молча разглядывал сестру. Ее стройное тело, с трудом скрывающее усталость, поддерживала прямая, четкая линия плеч, а сами плечи удерживало усилие воли, рожденное сознанием собственной правоты. Лицо ее нравилось немногим: оно было слишком холодным, а глаза чересчур внимательными и строгими; ничто и никогда не могло смягчить их взгляд. Точеные ноги, спускавшиеся прямо перед Таггертом с ручки кресла, раздражали его, поскольку никак не вписывались в столь неженственный образ.
Она сохраняла молчание; и ему пришлось спросить:
— Ты сделала этот заказ, повинуясь минутному настроению, по телефону?
— Я приняла это решение полгода назад. И ждала, когда Хэнк Риарден запустит сплав в производство.
— Не зови Риардена Хэнком. Это вульгарно.
— Так все его называют. И не уклоняйся от темы.
— Почему тебе пришлось звонить ему по телефону вчера вечером?
— Нужно было поскорей договориться.
— Разве ты не могла подождать, пока не вернешься в Нью-Йорк, и тогда…
— Потому что я видела линию Рио-Норте.
— Ну, мне необходимо время, чтобы подумать, поставить вопрос перед правлением, обратиться к лучшим…
— Ты не даешь мне возможности сосредоточиться, составить собственное мнение о…
— Твое мнение меня не интересует. Я не намереваюсь спорить с тобой, твоим правлением или профессорами. Ты должен сделать выбор, и ты сделаешь его прямо сейчас. Просто скажешь «да» или «нет».
— Это совершенно нелепый, полный произвола и высокомерия способ ведения дел…
— Вечно с тобой одна и та же история. Тебе все хочется разделить на белое и черное. Но мир устроен совсем не так. В нем нет ничего абсолютного.
— Кроме металлических рельсов. Или мы покупаем их, или нет.
Она ждала. Таггерт безмолвствовал.
— Ты берешь ответственность на себя?
— Тогда действуй, — проговорил он и поспешно добавил, — только на собственный страх и риск. Я не стану отменять твое соглашение с Риарденом, но и не стану защищать его на заседании правления.
Дагни поднялась, чтобы уйти. Таггерт склонился над столом, явно не решаясь закончить встречу столь решительным образом.
— Ты, конечно, понимаешь, что для проведения решения потребуется более продолжительная процедура, — сказал он, чуть ли не с надеждой в голосе. — Одним разговором со мной ты не отделаешься.
— О, конечно, — проговорила она. — Я пришлю тебе подробный отчет, который подготовит Эдди, и который ты читать не будешь. Эдди поможет тебе провести его по инстанциям. Сегодня вечером я отправляюсь в Филадельфию на встречу с Риарденом. Нам с ним придется как следует потрудиться. — И добавила: — Все просто, Джим.
Она уже повернулась, чтобы уйти, когда он заговорил снова, и слова его казались совершенно не относящимися к делу. — Тебе все сходит с рук, потому что тебе везет. Другим это не удается.
— Другие люди устроены, как полагается людям. У них есть чувства. Они не могут посвятить всю свою жизнь металлам и двигателям. Тебе повезло — чувств у тебя нет никаких. И никогда не было.
Она поглядела на него, и удивление в серых ее глазах сменилось спокойствием, а потом странным выражением, скорее, напоминавшим усталость, если не считать того, что читалось в нем нечто большее, чем просто принятие истины настоящего момента.
— Да, Джим, — ответила она негромко, — действительно, чувств у меня нет, и никогда не было.
Эдди Уиллерс проводил Дагни в ее кабинет. Она вернулась, и он ощутил, что мир сделался ясным, простым и вполне приемлемым, и что можно забыть о смятении и неопределенности. Лишь он один находил вполне естественным то, что Дагни — женщина — занимает пост исполнительного вице-президента огромной железной дороги. Еще когда ему было десять лет, она заявила ему, что, когда вырастет, будет руководить дорогой сама. И теперь свершившийся факт удивлял его ничуть не больше обещания, данного некогда на лесной поляне.
Атлант расправил плечи. Часть I. Непротивление (59 стр.)
— Интересно, почему? — спросила Дагни.
— Потому что, как оказалось, вуды его должны оставаться там, где они есть.
Человек, сидевший перед столом Риардена, казался каким-то расплывчатым, и манеры его также были лишены выразительности, так что никто не мог бы запечатлеть в памяти его лицо или обнаружить в нем самом нечто особенное. Единственной отличительной чертой его был нос картошкой, чуть великоватый для прочих черт; держался он кротко, однако в поведении его заметен был некий абсурдный намек — угроза, преднамеренно скрываемая, но так, чтобы все же оставаться заметной. Риарден не мог понять цели встречи. Визитер этот, доктор Поттер, занимал какую-то непонятную должность в Государственном научном институт.
— Чего вы от меня хотите? — в третий раз спросил Риарден.
— Я прошу вас учитывать социальные аспекты, мистер Риарден, — негромко проговорил Поттер. — Я умоляю вас не забывать, в какое время мы живем. Наша экономика к этому не готова.
— Наша экономика находится в состоянии крайне шаткого равновесия. И все мы должны объединить свои усилия, чтобы спасти ее от коллапса.
— Хорошо, и что я должен сделать для вас?
— Таковы соображения, на которые меня попросили обратить ваше внимание. Я представляю Государственный научный институт, мистер Риарден.
— Вы уже говорили. Но чего ради вы решили встретиться со мной?
— В Государственном научном институте сложилось неблагоприятное мнение о риарден-металле.
— Но разве это не является фактором, который вы должны принять во внимание?
За широкими окнами кабинета темнело. Дни стали короткими. Риарден заметил неправильной формы тень носа, легшую на щеку визитера, и следившие за ним блеклые глаза; рассеянный взгляд, тем не менее, был целеустремленным.
— В Государственном научном институте собраны лучшие умы страны, мистер Риарден.
— Мне говорили об этом.
— И вы, конечно же, не намереваетесь оспаривать их мнение?
Гость посмотрел на Риардена как бы моля о помощи, словно бы Риарден нарушил неписаное правило, требовавшее от него давным-давно понять всю щекотливость своего положения. Риарден помогать не стал.
— И это все, что вы хотели выяснить? — спросил он.
— Дело во времени, мистер Риарден, — умиротворяющим тоном произнес посетитель. — Это всего лишь временная задержка. Нужно, чтобы наша экономика получила шанс на стабилизацию. Если бы только вы согласились подождать пару лет.
Риарден усмехнулся — весело и презрительно.
— Так вот что вам нужно? Хотите, чтобы я убрал риарден-металла с рынка? Почему?
— Всего несколько лет, мистер Риарден. Только до того как…
— Вот что, — проговорил Риарден. — Могу ли я задать вам вопрос: неужели ваши специалисты решили, что риарден-металла совсем не то, за что я его выдаю?
— Мы не делали такого заключения.
— Вы решили, что он плох?
— Речь идет о социальной значимости вашего изобретения. Мы мыслим в рамках всей страны, нас заботят общественное благосостояние и терзающий нас в настоящий момент ужасный кризис, который…
— Так хорош риарден-металл или плох?
— Если рассмотреть настоящий вопрос под углом вселяющего тревогу роста безработицы, который в настоящее время…
— Так значит, он хорош?
— Во время отчаянного дефицита стали мы не можем позволить себе дальнейшее увеличение производства сталелитейной компании, выпускающей слишком много продукции, потому что она в таком случае вытеснит фирмы, производящие слишком мало, что приведет к нарушению стабильности экономики, что в свой черед…
— Вы намереваетесь дать ответ на мой вопрос?
Посетитель пожал плечами:
— Оценки всегда относительны. Если риарден-металл плох, он представляет для общества физическую опасность. Если же хорош — социальную.
— Если вам есть, что сказать мне о физической опасности, которую может представить риарден-металл, выкладывайте. Остальное можно опустить. Сразу же. Я не понимаю этого языка.
— Но вопросы общественного благосостояния, конечно же…
Посетитель, казалось, пребывал в полном смятении, словно его ноги потеряли опору. И через какое-то мгновение он беспомощным тоном спросил:
— Но что же тогда является основной сферой ваших интересов?
— Что вы имеете в виду?
— На риарден-металл существует спрос, и я намереваюсь удовлетворить его в полной мере.
— Но не является ли понятие рынка чем-то гипотетическим? Реакция общества на ваш металл не обнадеживает. За исключением контракта с «Таггерт Трансконтинентал» вы не имеете других крупных заказов…
— Хорошо, раз публика, по-вашему, не интересуется моим металлом, что же вас беспокоит?
— Раз публика не интересуется им, вы понесете крупные потери, мистер Риарден.
— Ну, это уж моя забота, а не ваша.
— Но если вы проявите хоть какое-то стремление к компромиссу и согласитесь подождать несколько лет…
— Почему я должен ждать?
— Но, по-моему, я дал вам понять, что Государственный научный институт не одобряет появления риарден-металла на металлургической сцене в настоящее время.
— Почему ваше мнение должно интересовать меня?
— Вы — трудный человек, мистер Риарден.
Предвечернее небо темнело, обретало плотность за стеклами окон. Фигура посетителя расплывалась кляксой среди резких, прямых плоскостей мебели.
— Я согласился принять вас, — проговорил Риарден, — потому что вы сказали, что намереваетесь обсудить со мной крайне важный вопрос. Если это все, что вы можете сказать, то прошу меня извинить. Я очень занят.
Посетитель откинулся на спинку кресла.
— Насколько я слышал, вы потратили на разработку риарден-металла десять лет. Во сколько она вам обошлась?
Риарден поднял взгляд: он не понял смысла этого вопроса, однако в голосе Поттера читалось явное намерение; голос его сделался жестким.
— В полтора миллиона долларов, — проговорил Риарден.
— И сколько вы хотите за него?
Риарден невольно сделал паузу. Он не верил своим ушам. И, наконец, негромко переспросил.
— За все права на риарден-металл.
— На мой взгляд, вам пора убираться отсюда, — проговорил Риарден.
— Ваша позиция ничем не оправдана. Вы — бизнесмен. И я делаю вам предложение. Назовите свою цену.
— Права на риарден-металл не продаются.
— Я уполномочен предложить вам крупную сумму. В правительственных масштабах.
Риарден сидел, не шевелясь, только на скулах его ходили желваки; однако взгляд оставался безразличным, если не считать едва заметное любопытство.
— Вы бизнесмен, мистер Риарден. И от таково предложения вы не имеет права отказываться. С одной стороны, вы крупно рискуете, вам придется идти против неблагоприятно настроенного общественного мнения, вы вполне можете потерять все вложенные в риарден-металл деньги до последнего пенни. И мы могли бы избавить вас от риска и ответственности, вы сорвете крупный куш, причем без задержки и куда в большем размере, чем сумеете получить от продаж в ближайшие двадцать лет.
— Насколько я понял, Государственный научный институт представляет собой научное, а не коммерческое заведение, — проговорил Риарден. — И чего же вы так убоялись?
— Вы прибегаете к некрасивым и лишним словам, мистер Риарден. Я пытаюсь вести наш разговор в дружеских тонах. Вопрос крайне серьезный.
— Я начинаю понимать это.
— Мы предлагаем вам открытый чек… на неограниченную сумму. Чего вы еще хотите? Называйте свою цену.
— Продажа прав на риарден-металл не является темой для обсуждения. Если у вас есть еще, что сказать, говорите, и до свидания.
Посетитель посмотрел на Риардена недоверчивым взглядом и спросил:
— Вы занимаетесь бизнесом для того, чтобы делать деньги, не так ли?
— И вы хотите иметь максимально возможный доход, не правда ли?
— Тогда почему вы хотите вести борьбу еще годы и годы, выжимая какие-то жалкие пенни с тонны проданного металла, вместо того, чтобы сразу получить целое состояние за свой товар? Почему?
— Потому что он принадлежит мне. Вы понимаете последнее слово?
Посетитель вздохнул, поднялся на ноги и проговорил, явным образом подразумевая обратное.
— Надеюсь, у вас не возникнет причин сожалеть о своем решении, мистер Риарден.
— До свидания, — произнес Риарден.
— Полагаю, я должен предупредить вас о том, что Государственный научный институт может выпустить официальное отрицательное заключение относительно риарден-металла.
«Атлант расправил плечи»
Оригинальное название: Atlas Shrugged
Год: 2011
Страна: США
Язык: Английский
Рейтинг IMDb: 5,6
Режиссёр: Пол Йоххансон
В ролях: Тейлор Шиллинг, Грант Боулер, Мэттью Мэрсден, Эди Гатеги
Вышедший в 1957 году роман Айн Рэнд «Атлант расправил плечи» до сих пор входит в первую десятку самых популярных книг, он оказал значительное влияние как на американских консерваторов, так и на идеи либертарианства. Хотя сразу после публикации роман был прохладно встречен критикой, вокруг него образовался культ. А имя Джона Голта, от лица которого Рэнд описывает философию разумного эгоизма и объективизма, стало нарицательным.
Неудивительно, что столь популярный роман решили экранизировать. Как и первоисточник, фильм «Атлант расправил плечи» получил в основном негативные отзывы критиков. Неужели кино действительно оказалось провальным?
Действие разворачивается в мире-антиутопии, где к власти пришли политики, продвигающие плановую экономику и схожие с социалистическими идеи. Результатом становится глобальный экономический кризис, а на место индивидуальности приходит серая посредственность. Главные герои, сталелитейный магнат Хэнк Риарден и вице-президент железнодорожной компании Дэгни Тагерт, не могут смириться с таким положением дел и начинают борьбу с бюрократическим аппаратом. Одновременно с этим по всей стране начинают пропадать крупные предприниматели, а в происходящее вмешивается некий Джон Голт.
Однако культ вокруг трилогии Айн Рэнд сформировался не столько из-за художественной ценности романа, сколько благодаря развиваемым в книге идеям индивидуализма. «Атлант расправил плечи» — это облечённый в художественную форму манифест разумного эгоизма, и перенести его на большой экран — задача не из лёгких.
Справились ли с ней создатели фильма? Нет. Картина почти дословно повторяет сюжет романа, но сохранить его дух не удалось. В результате зритель, не знакомый с оригиналом, увидит только стандартную историю о противостоянии индивидуалиста и серой массы, — тогда как человек, прочитавший книгу, почти наверняка останется разочарован.
Меня зовут Джон Голт. Я живу в месте, которое мы называем Атлантидой. Это место, где живут герои; где живут те, кто хочет быть героем.
Хэнк Риарден: Что не так с этим миром?
Пол Ларкин: Не задавай бессмысленных вопросов. Как глубок океан? Как высоко небо? Кто такой Джон Голт?
Хотите больше интересных фильмов? Тогда подпишитесь на нашу рассылку!
Москва, ул. Летниковская, д. 2, стр. 4
Размещённые в настоящем разделе сайта публикации носят исключительно ознакомительный характер, представленная в них информация не является гарантией и/или обещанием эффективности деятельности (доходности вложений) в будущем. Информация в статьях выражает лишь мнение автора (коллектива авторов) по тому или иному вопросу и не может рассматриваться как прямое руководство к действию или как официальная позиция/рекомендация АО «Открытие Брокер». АО «Открытие Брокер» не несёт ответственности за использование информации, содержащейся в публикациях, а также за возможные убытки от любых сделок с активами, совершённых на основании данных, содержащихся в публикациях. 18+
АО «Открытие Брокер» (бренд «Открытие Инвестиции»), лицензия профессионального участника рынка ценных бумаг на осуществление брокерской деятельности № 045-06097-100000, выдана ФКЦБ России 28.06.2002 (без ограничения срока действия).
ООО УК «ОТКРЫТИЕ». Лицензия № 21-000-1-00048 от 11 апреля 2001 г. на осуществление деятельности по управлению инвестиционными фондами, паевыми инвестиционными фондами и негосударственными пенсионными фондами, выданная ФКЦБ России, без ограничения срока действия. Лицензия профессионального участника рынка ценных бумаг №045-07524-001000 от 23 марта 2004 г. на осуществление деятельности по управлению ценными бумагами, выданная ФКЦБ России, без ограничения срока действия.
