Что такое периферийная лексика
Основной словарный фонд и периферия
Словарный состав и его системность
По частоте и общеупотребительности в С. с. я. выделяются часто употребляемые слова — активный запас слов (активный словарь) и слова, употребляемые редко или в специальных целях (архаизмы, неологизмы, терминология и т. д.) — пассивный запас слов (пассивный словарь). Границы между активным и пассивным словарём подвижны, в историческом развитии языка происходит перемещение слов из одной группы в другую (ср., например, русские «прошение», «прислуга», «гувернёр», «городовой», перешедшие из активного в пассивный словарь). Слова, находящиеся в активном употреблении у всех носителей языка на протяжении длительной истории его развития (например, названия частей тела, явлений природы, термины родства, обозначения основных действий, свойств, качеств), называются основным лексическим (словарным) фондом языка, который подвержен изменениям в наименьшей степени. Выявлению соотношения активного и пассивного запаса С. с. я. на определённом этапе его развития (обычно в рамках нескольких стилей, жанров, видов речи) служат частотные словари (См. Частотный словарь).
С. с. я. непрерывно пополняется с развитием общества по словообразовательным законам языка (см. Словообразование), а также за счёт заимствований (См. Заимствования). В словарный состав рус. языка, в основе которого слова общеславянского и исконно русского происхождения, вошли на разных этапах развития слова из скандинавских, финских, тюркских, старославянских, греческих, позднее — из латинских, романских, германских языков. В словарный состав немецкого языка вошли слова из латинского, французского, итальянского, английского и некоторых других языков. Эти слои заимствованной лексики в С. с. я. отражают культурно-исторические связи народов, являясь одним из доказательств (иногда единственным) контактов древних народов. С. с. я. фиксируются (не полностью) в толковых словарях (См. Словарь).
Основной словарный фонд и периферия
Основной словарный фонд объединяет все корневые слова, ядро языка. Основной словарный фонд менее обширен, чем словарный состав языка; от словарного состава языка он отличается тем, что живет очень долго, в продолжение веков, и дает языку базу для образования новых слов.
Не следует думать, что слова основного словарного фонда отделены от прочей лексики; это не так, и непроходимой границы здесь нет. Однако наличие в языке некоторого общеобязательного, основного фонда лексики не вызывает сомнения.
Основной словарный фонд охватывает самые необходимые слова языка. Не надо думать, что это в точности соответствует необходимым понятиям или необходимым вещам. С понятиями могут быть связаны разные слова, и вещи могут называться разными словами и в случае нужды переименовываться.
Для обозначения одного и того же в языке может быть ряд синонимов, которые по-разному расцениваются в словарном составе языка и не все входят в основной словарный фонд.
Обогащение основного словарного фонда происходит благодаря появлению слов — наименований новых реалий, новых форм производства, новых общественных отношений и т. д. Значительную роль при этом играет словопроизводство на базе слов данного языка, а также иноязычные заимствования.
Основной словарный фонд русского языка, сложившийся в отдаленном прошлом, составляют исконно русские слова, к которым впоследствии стали примешиваться слова иного происхождения, что было естественным следствием экономических, политических, культурных взаимоотношений русского народа с другими народами.
Форма слова и его семантическое содержание
Фо́рма сло́ва — морфологическая разновидность слова, несущая комплекс тех или иных значений присущих данной части речи грамматических категорий[1]; совокупность морфологических и фонологических характеристик слова (формальных показателей, в том числе нулевых[1]), указывающих на его грамматическое значение[2] — принадлежность к определённым грамматическим категориям.
Из того, что связать слово с предметом возможно лишь при условии, что предмет так или иначе опознается человеком, следует, что денотат является некоторым отражением (представлением) класса однородных предметов в сознании.
«предмет для чтения, заключающий в себе какой-то текст»
Основной словарный запас состоит прежде всего из слов первой необходимости при любых условиях вербального общения, без этих слов невозможно построить какую бы то ни было русскую речь, даже сугубо специального назначения. К таким единицам принадлежат, например, день, ночь, ветер, земля, дом, небо, школа, видеть, слышать, делать, любить, верить, старый, новый, деревянный, тысяча, миллион с их наиболее известными значениями. Это межстилевые слова, не имеющие эмоционального содержания. По правилам стилистики их можно включать в любую речь, с любой стилевой установкой (наряду со специальными словами данного стиля). Они обозначают понятия самых различных сфер.
Однако в основной словарный запас входят на равных правах многие эмоционально окрашенные слова, принадлежащие к разным стилям, такие, например, как ругня, дурак, разгильдяй, детишки, яблочко, колбаска, оплот, могучий и т. д. Эмоциональная окраска и стилевая узость многих слов вовсе не влияют на их общеизвестность и частоту употребления, так как большинство носителей языка по мере необходимости часто используют самые разные стили, где должны быть соответствующие слова, и столь же часто воспринимают речь самых разных стилей.
В лексическое ядро современного русского языка слова объединяются не по признаку их денотации или коннотации, а по признаку общеизвестности, высокой частоты употребления всеми, привычности их для всех носителей языка.
Вся лексическая периферия русского языка имеет ограниченную известность. Широкие слои населения ее знают мало, далеко не во всем объеме, к тому же нередко знают смутно.
Индивидуальное знание участка лексической периферии без хорошего знания основного словарного запаса это, по существу, невладение современным русским литературным языком. Так, нерусский специалист в области какой-либо науки, свободно читающий даже без словаря русские книги по своей специальности, но не понимающий русской разговорной речи, не воспринимающий художественной литературы на русском языке, не может считаться владеющим русским языком (он знает лишь его несущественную, второстепенную часть). Именно поэтому при начальном обучении русскому языку главное внимание уделяется прежде всего основным словам.
Между ядром и периферией лексической системы постоянно происходит обмен: некоторые единицы основного запаса постепенно переходят в пассивный, некоторые периферийные единицы по разным причинам проникают в общенародные литературные слова, становятся хорошо известными всем и популярными.
При определенных условиях периферийные слова появляются в речи любых носителей русского языка, и такая речь предназначается нередко для самой широкой аудитории. Следовательно, наряду со знанием основных слов необходимо быть осведомленным и в области лексической периферии. Это нужно по разным причинам: для правильного и полного понимания текстов русской классической литературы, популярной и фундаментальной научной литературы, для понимания индивидуальных особенностей речи собеседника.
Изучение отдельных участков периферии представляет нем алый теоретический интерес, так как уточняются системные отношения между всеми русскими словами, обнаруживаются новые данные, показывающие семантические процессы в лексике и их закономерности.
1 Аналогичные ядро и периферия имеются и в словообразовательной, и в грамматической системе русского языка.
Свойством воспроизводимости объясняются все остальные признаки, одинаково присущие словам и фразеологическим оборотам, прежде всего целостность значения и устойчивость в составе и структуре.
В смысловом плане фразеологизмы выступают как единое целое даже в том случае, когда их семантика зеркально отражает значения образующих их слов, напр.: всерьез и надолго, на данном этапе.
Для подавляющего большинства фразеологических оборотов характерно также и такое, казалось бы, чисто «словное» свойство, как непроницаемость: основная масса фразеологизмов выступает в виде таких целостных лингвистических единиц, внутри которых вставки обычно невозможны, напр.: от мала до велика, во цвете лет, на седьмом небе, дело в шляпе, белый гриб, куры не клюют, всегда готов.
Перечисленные свойства сближают фразеологизмы со словами.
Чем же отличаются фразеологические обороты от слов? Важнейшим отличием основной массы фразеологизмов от подавляющего большинства слов являются структурные особенности и характер грамматической оформленности. В самом деле, «классические» слова являются образованиями, состоящими из частей, которые вне слова, самостоятельно употребляться не могут. Эти слова делятся (если не представляют собой корневых слов, не обладающих формами словоизменения) на морфемы, реально существующие лишь в слове, напр.: молчать, супружество, далеко. Что же касается большинства фразеологических оборотов, то они, в отличие от «классических» слов, состоят не из морфем, а из целых слов со свойственными для них формами, напр.: держать язык за зубами, узы Гиrtенея, у черта на куличках и др.
§ 2. Отношение фразеологизмов к лексической системе русского языка. Анализ фразеологизмов, их семантики, соотношения их семантики с семантикой отдельных слов показывает, что эти единицы имеют самое прямое отношение к лексической системе, органически входят в нее и дополняют ее.
Большинство русских фразеологизмов входит в тот или иной класс слов. Есть фразеологизмы:
1) с предметным значением (по денотативным, морфологическим и синтаксическим особенностям равные словам-существительным): бабье лето, игра слов, авгиевы конюшни, ирония судьбы, тришкин кафтан, казанская сирота, альфа и омега и т. п. (в предложении они, подобно существительным, могут быть подлежащими (Наступило бабье лето), дополнениями (Наконец мы расчистили авгиевы конюшни накопившихся бумаг), а также могут выступать в других функциях сушествительного);
2) со значением действия (денотативно эквивалентные словам-глаголам): восстать ото сна, стереть с лица земли, пройти мимо и т. д. Они выступают в предложении в роли сказуемых: Эту деревню фашисты стерли с лица земли (ср.: разрушили);
3) со значением состояния (эквиваленты глаголов, а также слов категории состояния, предикативов ): быть не в своей тарелке (ср.: смущаться), не дают покоя (чьи-либо) лавры (ср.: завидно);
4) со значением признака (обычно, но не всегда эквиваленты прилагательных и наречий): на веки вечные (ср.: навсегда), в три ручья (ср.: горько), как снег на голову (ср.: неожиданно), как вол (ср.: много), как корова языком слизала (ср.: быстро, моментально), какой ни на есть (ср.: любой), кожа да кости (ср.: худой), видал виды, видавший виды (ср.: опытный) 1, чистой воды (ср.: неподдельный, высококачественный), мухи не обидит (ср.: тихий, кроткий);
7) с модальным значением: во всяком случае, вообще говоря, между нами будь сказано, к слову сказать, если хотите и др.;
8) со значением отношения (эквивалентны союзам): несмотря на то что, подобно тому как, между тем как;
9) с эмоциональным содержанием без денотативного значения (эквиваленты междометий):- Вот тебе раз! Вот оно что! Скажите пожалуйста! (как выражение презрения или недоверия). Вот еще! Мать честная! Батюшки мои!
По коннотативному содержанию фразеологические обороты в основном распределяются по группировкам и группам, намеченным выше для слов. В отличие от слов большинство фразеологизмов современного русского языка не являются нейтральными, межстилевыми, они обычно обладают той или иной эмоциональной разговорной или книжной окраской.
Огромное их число имеет неодобрительную разговорную общенародную коннотацию: навострить лыжи, выжить из ума, набить карман, заговаривать зубы, очертя голову, а также презрительную разговорную коннотацию: высосать из пальца, тянуть бодягу, молоко на губах не обсохло, на козе не объедешь, не все дома и т. д.
Некоторые эмоционально отрицательные фразеологизмы имеют социально ограниченное употребление: 1) встречаются в разговорной речи: в места не столь отдаленные, божий одуванчик, слабая половина (с оттенком шутливости); ничтоже сумняшеся, еле можаху, патентованный дурак, притча во языцех (с оттенком неодобрения или презрения); 2) встречаются в просторечии: дубина стоеросовая, фон барон и т. п. (с оттенком презрения).
Гораздо меньше фразеологизмов с эмоционально положительной разговорной коннотацией: брать с руками и ногами, косая сажень в плечах, на дороге не валяется, на вес золота, рубаха-парень (с оттенком одобрения); по гроб жизни, на веки вечные, добро пожаловать! (с оттенком возвышенности и торжественности); горе луковое, как рыба об лед (с оттенком ласкового сочувствия).
Фразеологизмов книжного характера меньше. Многие из них неэмоциональны: иметь значение, представлять интерес, претерпеть изменения, вести начало, рационализаторское предложение, летнее солнцестояние и т. п. Многие имеют оттенок возвышенности, торжественности: житейское море, путеводная звезда, властитель дум, лебединая песня, перейти Рубикон, угрызения совести и т. д. Ряд книжных оборотов характеризуется оттенком ироничности, презрительности: и иже с ними, козел отпущения, рыцарь печального образа, сизифов труд, блистать своим отсутствием.
Часть единиц фразеологии (сравнительно небольшая) является неэмоциональной и нейтральной в стилевом отношении: сойти с ума, во всяком случае, время от времени, тайное голосование, космический корабль и т. п.
Периферийные участки фразеологии менее обширны, чем словесные, и сводятся к тем же явлениям. Фразеологизмы-диалектизмы: загнать за бузан (ср. общенародное загнать за Можай), ногайская кобыла «необычной силы женщина», серые щи (ср.: постные щи); фразеологизмы-профессионализмы: роза ветров (морск.), прибавочная стоимость; фразеологизмы-арготизмы: катить баллоны (на кого-либо) «вредить», заяц трепаться не любит и т. п.; фразеологизмы-историзмы: частный пристав, требовать удовлетворения «вызывать на дуэль», мировой судья, реальное училище и т. п.; фразеологизмы-архаизмы: вставлять персты в язвы, малая толика, биться об заклад; фразеологизмы-неологизмы: Вот какие пироги! Сдвиг по фазе.
1 Явления омонимии в сфере фразеологии довольно редки, ср.: на память «для воспоминаний» и на память «наизусть»; в пух и прах «наголову» (разбить) и в пух и прах «весьма щегольски» (одеться). Однако фразеологизмы часто вступают в отношения омонимии со свободными сочетаниями слов, ер.: закидывать удочку, дать леща и т. п.
§ 1. Энциклопедические и лингвистические словари.
Лингвистические словари содержат различное освещение (толкование, характеристику и др.) языковых единиц, описывают их признаки и лишь опосредованно связаны с реалиями, обозначаемыми словами. Некоторые словари можно квалифицировать как лингвоэнциклопедические (словари терминов, если в них включаются сугубо научные или производственные, специальные сведения, и др.).
В задачи фонетики современного русского языка входит изучение способов образования звуков речи и их акустических свойств, определение функций звуков речи, их классификация на основе акустико-артикуляционных и функциональных признаков.
С фонетикой тесно соприкасается орфоэпия, которая формулирует литературные нормы произношения, вырабатывает теорию и правила произношения слов.
^ СЕГМЕНТНЫЕ ФОНЕТИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ
Как и в других языках, в русском языке выделяются прежде всего гласные и согласные звуки.
Гласные звуки характеризуются звучностью, которая образуется вибрацией голосовых связок и отсутствием смычки органов речи в полости рта, ввиду чего воздушная струя свободно проходит через речевой канал. Все гласные звуки способны к слогообразованию.
Согласные звуки характеризуются меньшей степенью звучности, чем гласные, многие из них образуются без вибрации голосовых связок (глухие согласные). Струя воздуха при их образовании проходит в узкую щель в полости рта или носа, так как органы речи значительно или полностью сомкнуты. Согласные не образуют слогов, хотя и входят в их состав.
§ 2. Гласные звуки русского языка. В современной русистике принято выделять 6 основных гласных звуков: [а], [и], [ы], [э], [о], [у]. Они звучат в словах, сад, ива, сыр, этот, кот, суд. Эти звуки четко выделяются из речевого потока и без затруднения произносятся изолированно.
Новое в лексике русского языка (Изучение русского языка)
Одним из крупных разделов словарного запаса языка, единицы которого периодически «освежают» нашу устную и письменную речь – это лексика пассивного словарного фонда. Сюда относятся историзмы, архаизмы, научные термины, диалектизмы и религиозная лексика и другие категории. Употребление лексики пассивного фонда позволяет уменьшать влияние иностранных языков, поскольку отпадает необходимость в использовании заимствований. Аккумулировав данный раздел воедино, А. И.
Солженицын создал «Русский словарь языкового расширения». Эта книга базируется на рассмотренной части лексики, большая часть которой взята из труда В. И. Даля «Толковый словарь живого великорусского языка». С течением времени в речь возвращаются вышедшие из нее ранее слова, например, губернатор или меценат. Лексика переосмысляется и приобретает новые смысловые оттенки. Результатом подобной циркуляции лексики становится образование синонимических рядов. Их важными элементами становятся слова из пассивного фонда.
Источником обогащения общеупотребительной лексики становятся термины науки, которые приобретают новые значения. Например, слово «экология», которое обозначает название самой дисциплины, в общественном понимании приобрело значение «состояние окружающей среды».
Большую роль в пополнении лексикона играет периферийная лексика, к которой относятся просторечия, диалектизмы, профессионализмы, жаргонизмы и иные категории.
Просторечия включают в себя ненормированные, фамильярно-разговорные слова и выражения, которые свободны от ограничений и запретов. В то время как раньше термином «просторечие» называли речь неграмотного, сейчас этот лексический раздел активно эксплуатируется различными слоями населения.
К чертам просторечия относятся ослабление самоцензуры, возможность использовать в речи выразительные слова и обороты. Просторечия часто имеют явный эмоциональный окрас – слово «выпендрежник» явно выражает отношение говорящего к конкретному человеку.
Интересен такой источник новой лексики, как диалектизмы – это выражения или способы речи, которые употребляются только людьми, проживающими в конкретной местности. Широко известны слова «поребрик» и «парадная», которые используют петербуржцы и которые кажутся забавными представителям других регионов.
Еще один лексический раздел, слова из которого могут переходить в повседневное употребление – профессионализмы. Это слова и выражения, свойственные речи представителей конкретной профессии или области деятельности. Например, раньше только водители называть руль «баранкой», однако теперь практически каждый носитель языка знаком с этим значением слова.
Распространено мнение, что язык пополняется в основном за счет заимствований, которые могут оказывать на него загрязняющее воздействие. Однако важно понимать, что сам язык может служить для себя источником обновления многочисленными способами, и именно в этом заключается смысл саморегуляции.
Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.
Что такое периферийная лексика
Лексика — это совокупность слов языка, его словарный (лексический) состав. Иногда этот термин используется в более узком значении — по отношению к отдельным пластам словарного состава (устаревшая лексика, общественно-политическая лексика, лексика Пушкина и т. д.).
Основная единица лексики — слово. В сферу ведения лексикологии входят также изменения в словарном составе языка, отражение в лексике социальных, территориальных, профессиональных характеристик людей, которые говорят на языке (их принято называть носителями языка). В рамках лексикологии исследуются пласты слов, выделяемые по разным основаниям: по происхождению (исконная и заимствованная лексика), по исторической перспективе (устаревшие слова и неологизмы), по сфере употребления (общенародная, специальная, просторечная и т. д.), по стилистической окраске (межстилевая и стилистически окрашенная лексика).
Лексикология называет два основных пути развития словарного состава: 1) существование и постоянное возникновение исконных слов и 2) заимствование слов из других языков.
В словарном составе современного русского литературного языка исконно русских слов более 90%. Самый древний пласт составляют слова общего индоевропейского фонда. Это те слова, которые перешли из общеиндоевропейского языка в праславянский, из праславянского в древнерусский, а из древнерусского – в русский язык в современном его понимании. К ним относятся такие слова: мать, дочь, сестра, сын, брат (термины родства); корова, волк, коза (названия животных); берег, луна, вода, болото (названия рельефа, явлений природы).
Во время больших социальных изменений происходит активное обогащение словарного состава языка. Это связано с необходимостью обозначить много новых понятий в разных сферах жизни: политике, экономике, шоу-бизнесе, вычислительной технике. Часто для этого используются слова из других языков.
Термин «заимствование» имеет два значения. Во-первых, под ним понимают «процесс, в результате которого один язык усваивает элемент другого языка». Во-вторых, заимствованием может являться сам заимствованный элемент. Очень активным был процесс проникновения иностранных слов в язык в петровскую эпоху. Начало XVIII века характерно для русской культуры общей европеизацией, что привело к интенсивному пополнению словарного состава из немецкого и голландских языков. Именно тогда вошли в нашу речь такие слова как: солдат, гауптвахта, мундир, стамеска, лобзик, кнопка, галстук, штопор, картофель, кухня, лазарет, бинт, штраф, штат (нем.); рупор, вымпел, яхта, штурман, матрос, юнга, каюта, контора, магазин, ситец, пробка, брюки (гол.) и др. С XIX века в русский язык проникают технические, спортивные, общественно-политические, сельскохозяйственные термины, а так же бытовые слова из английского языка. Например: вокзал, экспресс, трамвай, трактор, комбайн, спорт, теннис, старт, фини
словарный состав русского языка м.б. систематизирован с учетом такого параметра, как общеупотребительность – ограниченная употребительность.
Что же такое употребительность? Как она может быть оценена?
Употребительность слова измеряется количеством людей, активно использующих его в своей речи, и количеством самих фактов его употребления. Все это всходит в понятие частотности, которая является наиболее существенным показателем употребительности слова. Проблему частотности решают частотные словари.
Основу русского языка составляет общенародная лексика. Это – костяк общенационального литературного словаря, это – ядро, без которого немыслим язык, невозможно общение, подавляющее большинство слов которого устойчиво в своем употреблении и используется во всех стилях речи. То есть общенародная лексика смыкается с понятием общеупотребительности.
Ограниченность употребления лексики можно объяснить как социолингвистическими так и лингвистическими факторами. Например: 1) принадлежность носителей языка к той или иной социальной группе; 2) зависимость употребляемой лексики от условий форм, целей общения (т.е. от стилей).
А) терминология – это наиболее представительная часть социальной лексики, ограниченной в употреблении. В настоящее время терминология превратилась в особую научную дисциплину, в разработке которой принимают участие не только лингвисты, но и специалисты по информатике, науковедению, представители всех наук.
Терминологию квалифицируют как «язык науки». В языке науки выделяют три слоя лексики:
нетерминологическая лексика, представленная в основном словами с отвлеченным и обобщенным значением;
собственно терминологическая лексика, или узкоспециальные термины, характерные для какой-либо определенной области науки или техники, составляющие терминосистему.
Идеальным требованием к термину является необходимость однозначности и отсутствия синонимии.
И многие узкоспециальные термины отвечают этому требованию, например: фонема, архифонема, семема… Но в терминологии распространена особого типа омонимия: в разных терминосистемах могут использоваться одни и те же лексемы для обозначения различных понятий. Например: гипербола ( литература и математика), редукция ( лингвистика, биология, техника, медицина, история)…
Иногда терминологическое значение развивается у общеупотребительных слов: нос – «передняя часть судна», лицо – грамматическая категория глагола.
У терминов, в отличие от общеупотребительных слов, есть авторы: биосфера – В. И. Вернадский; космический корабль – С. П. Королев.
Состав терминологической лексики отличается от общеупотребительного фонда ещё и тем, что большинство слов в нем – существительные, которые больше всего приспособлены для выражения понятий: кислотность, однозначность, дождевание…
Но нет резкой границы между терминами и общеупотребительной лексикой, ибо они взаимодействуют и живут по законам одной живой лексической системы.
Б) Профессионализмы – слова, которые обычно являются своего рода дублетами некоторых узкоспециальных терминов. Напрмер: руль – «баранка»; ошибка – «накладка», синхрофазотрон – «кастрюля», борцы вольного стиля – «вольники». Встречаются и акцентологические профессионализмы: кОмпас – компАс, квартАл – квАртал, рАпорт – рапОрт…
Профессионализмы, в отличие от терминов, носят разговорно-просторечную окраску и часто находятся за пределами литературного языка.
В) Жаргонизмы – это слова, специфические для устной речи социальных групп людей, объединенных не столько профессионально, сколько образом жизни, социальным статусом, принадлежностью к одному поколению. Жаргонизмы сближаются с профессионализмами в том смысле, что можно говорить о жаргоне военном, морском, спортивном, канцелярском, а также в том, что жаргонизмы находятся вне литературного языка. Их отличие в том, что жаргонизмы подвержены моде и поэтому неустойчивы, т. е. для них характерна быстрая смена специфических в данной речи средств выражения. Наиболее широко распространена «жаргонно окрашенная» лексика среди молодежи. Она образует молодежный жаргон, или сленг.
Главный фактор, определяющий образование жаргона, или сленга, – это потребность в «своих», более выразительных эмоционально-экспрессивных вторичных наименованиях.
Семантический объем жаргонной лексики ограничен: явления, обозначающие какую-либо производственную жизнь (степа, хвост, зарубежка…); слова, выражающие положительную или отрицательную оценку ( клево, потрясно, железно, гигант, муть.), максимально сниженная лексика (предки, шарага).
Понятно, что это своеобразная языковая игра, но игра эта не должна превратиться в манеру речи, ибо приведет к снижению общего уровня речевой культуры.
К понятию «жаргон» примыкает понятие «арго». Это условная речь какой-либо обособленной группы лиц, характеризуемая особым набором слов и выражений.
Арго отличается от жаргона тем, что это «тайный, засекреченный» язык. До революции таким тайным языком пользовались, например, ремесленники, мелкие торговцы (офени), жизнь которых была связана с постоянными перемещениями и которым нужно было сохранять профессиональные тайны торговли. Такой тайный язык был необходим (и до сих пор) и для деклассированных элементов, противопоставленных всем другим носителям языка.
Г) за пределами литературного языка находятся и диалектизмы. Их сближает с жаргонизмами и профессионализмами устная форма бытования. Во всем остальном они существенно отличаются. Выделяют следующие группы лексических диалектизмов: собственно-лексические; лексико-семантические; этнографические.
Лексические диалектизмы, называющие общеизвестные предметы и имеющие синонимы в литературных языках. Например: гутарить – говорить; елань – поляна; кочет, горлан – петух; базгать – бить; набученить – наполнить.
Лексические диалектизмы, обозначающие специфические для той или иной местности реалии и не имеющие синонимов в литературном языке. Например: яга (тулуп из шкуры волков и собак).
Лексико-семантические диалектизмы – это слова, совпадающие по звуковому облику со словами литературного языка, но имеющие особое значение в говоре (омонимы): баран – малая укладка снопов в поле (олонецкое); баран – вид грибов (псковское); баран – птица семейства куликов (смоленское); баран – глиняный рукомойник особой формы (владимирское).
Выделяют ещё и этнографические диалектизмы (этнографизмы) – это слова, называющие предметы и явления, свойственные определенной местности. Это названия обрядов, одежды, растений, … Наример: бараба (ур.) – танец; бармаки (донск.) – плоские вилы особого рода; баргузин (сиб.) – северо-восточный ветер на Байкале.
Использование диалектизмов очень широко как в устном общении в качестве экспрессивных речевых средств, так и в художественной литературе. Интересны местные исследования: по данным Т. И. Ерофеевой, в речи образованных жителей г. Перми встречаются более сотни лексических диалектизмов: вехотка (мочалка); синявка (сыроежка); шаньга (ватрушка); вышка (чердак); водиться (нянчить)…
Все рассмотренные группы слов (термины, профессионализмы, жаргонизмы и диалектизмы) широко взаимодействуют как друг с другом, так и с общеупотребительной лексикой литературного языка. Например: из жаргонизмов и профессионализмов перешли в устную литературную речь – прокол, накладка, хохма; из говоров – жатка, полевой стан, пимокат и др.
Старославянизмы. Словарный состав русского языка – система изменчивая. Лексический его пласт постоянно пополняется новыми словам, это самая изменчивая часть языковой системы. В словарном составе русского языка можно выделить два основных пласта слов в зависимости от их происхождения: исконно русскую лексику и лексику заимствованную. Под исконно русской лексикой понимаются те слова, которые образовались непосредственно в русском языке в разные периоды его развития.
Выделяют несколько групп исконно русских слов:
1. Общеславянские слова, которые вошли в русский язык из славянского языка-основы. Это, например, названия лиц по родству (брат, сестра, мать, отец); названия некоторых орудий труда и предметов домашнего обихода (соха, плуг, вилы, долото); наименования лиц по роду их занятий (ткач, жнец); названия жилища (дом, двор) и т.п.
2. Восточнославянские (или древнерусские) слова, которые возникли в русском языке примерно в XI–XIV вв. Таких слов очень много, они общие для русского, украинского и белорусского языков, составлявших единый восточнославянский язык.
3. Собственно русские слова, появившиеся начиная с XIV в. после разделения восточнославянского языка на украинский, белорусский и русский. Сюда относятся все слова, кроме заимствованных.
Особую группу заимствованных слов составляют старославянизмы. Так принято называть слова, пришедшие из старославянского языка, древнейшего языка славян. Старославянизмы обладают некоторыми отличительными чертами. Вот некоторые из них:
1) неполногласие, т. е. сочетания ра, ла, ре, ле на месте русских оро, оло, ере, еле (враг – ворог, сладкий – солод, млечный – молочный, брег – берег);
2) сочетания ра-, ла– в начале слова на месте русских ро-, ло– (работа – хлебороб, ладья – лодка);
3) сочетание жд на месте ж (чуждый – чужой, одежда – одежа, вождение – вожу);
4) щ на месте русского ч (освещение – свеча, мощь – мочь, горящий – горячий);
5) начальные а, е, ю вместо русских я, о, у (агнец – ягненок, един – один, юноша – уноша);
Попадая в состав русской лексики, старославянизмы распределились по трем основным группам. В первую группу входят слова, которые, попав в русский язык, полностью вытеснили их русские эквиваленты, например облако, благо, между, прежде, овощи, враг, благо, плен, бремя, время и т. д. Ко второй группе относят те старославянизмы, которые существуют вместе с русскими вариантами слов, например глава (голова), власть (волость), совратить (своротить), прах (порох). Что касается третьей группы, то сюда вошли те слова, которые являются в языке так называемым стилистическим резервом, например: вран (ворон), блато (болото) и др.
Помимо старославянизмов, в русский язык вошли также слова из других языков. Из греческого еще в древние времена пришли многие названия из области религии (лампада, ангел, демон, клирос и т. п.), научные термины (география, математика, философия), названия из области науки и искусства (анапест, комедия, хорей). Из латинского в русском языке много научных и общественно-политических терминов: революция, конституция, эволюция, вертикаль и др. Заимствования из западноевропейских языков значительны и объясняются многочисленными контактами с этими народами. Из немецкого и голландского языков много слов пришло в эпоху Петра I в связи с его реформами (из немецкого – гауптвахта, лагерь, фрахт; из голландского – гавань, лоцман, флаг). Из английского заимствования активно проникают в наш язык в настоящее время: брифинг, клиринг и т. д. Из французского много бытовых названий, из области искусства: браслет, медальон,
1. Понятие активного и пассивного запаса языка
Утверждение о том, что устаревшая лексика принадлежит к пассивному запасу языка, общепризнано. Об этом писали многие. С этим, насколько известно, не спорил никто. Однако, как показывает анализ лексикографической теории и практики, в понимании соотношения понятий «устаревшая лексика» и «пассивный словарный запас языка» (или, иначе, «периферия языка») имеются существенные «перекосы». Но прежде чем говорить о них, напомним, какое содержание традиционно вкладывается лингвистами в понятие «пассивный запас языка» периферия языка» и «устаревшая лексика».
Социально ограниченная лексика
От диалектной и профессиональной лексики отличаются особые слова, которыми отдельные социальные группы людей по условиям своего общественного положения и специфике окружающей обстановки обозначают предметы или явления, уже имевшие в общелитературном языке названия. Такая лексика называется жаргонной. Для обозначения лексики социально ограниченного употребления, кроме термина жаргон (от фр. jargon), используются термины арго (от фр. argot) в значении «диалект определённой социальной группы, создаваемый с целью языкового обособления» (первоначально обозначал воровской язык) и сленг (от англ. slang), употребляемый чаще в сочетании «молодежный сленг».
Особенно много жаргонизмов возникало до революции в речи господствующих классов, что объясняется попыткой искусственно создать особую разновидность языка путём привнесения специфических элементов. Таким образом, они пытались несколько отделить людей своего круга от остальных носителей национального русского языка.
Иногда жаргонная лексика появлялась в учебных заведениях дореволюционной России, например: в бурсацком жаргоне слямзил, стибрил, свистнул в значении «украл», объегорил в значении «обманул», засыпался в значении «не выдержал экзамена» и пр. (см. у Н.Г. Помяловского в «Очерках бурсы»).
В 90-е годы XX в. наметилось очевидное сочетание просторечия и жаргонов в газетно-публицистических текстах, что свидетельствует о нежелательной вульгаризации литературного языка. Особенно активизировались в этом процессе взаимодействия низовая городская культура (люмпенизированные слои общества), молодежная контркультура и уголовная субкультура. В результате профессиональные языки, молодежный сленг и уголовное арго стали распространителями жаргонных слов в литературном языке (например: совок, совки, тусовка, крутой, беспредел и др.).