Что такое перила в альпинизме
Что такое перила в альпинизме
Перила, при зависании на которых участник не скатывается вдоль перил. Крайние точки перил крепятся на надежных деревьях, скальных выступах и др. Их промежуточные точки крепятся на скальных крючьях, закладках, на льду на ледобурах. Промежуточные крепления могут быть жесткие (узлами проводник с карабином), или скользящие (карабинами). Перила слегка натягиваются (до натяжения порядка 50 кГ).
1. Страховка на перилах обеспечивается скользящим карабином короткой самостраховки. При зависании участник должен свободно дотягиваться до перил.
2. На одном отрезке перил, между ближними точками их крепления, может находиться не более чем один участник (с рюкзаком или без).
3. При движении по горизонтальным перилам на крутом склоне центр тяжести участника (пояс), если этого не требуют особые условия этапа, должен находиться ниже перил, при этом перила запрещается поднимать руками или подпирает своим телом. На крутом склоне участник должен нагружать перила своим весом.
4. Перила без промежуточных точек крепления, длиной более 10м, на крутом склоне могут натягиваться полиспастом. В этом случае они навешиваются из двойной веревки и крепятся на надежных опорах (деревья, скальные выступы и др.).
5. Крепление перил осуществляется посредством узлов, указанных в разделе «Узлы крепления».
6. При движении по перилам двух участников (пострадавший и сопровождающий) перила выполняются из двойной веревки. При этом все точки крепления перил (крайние и промежуточные) должны выполнять требованиям основных опор (надежные деревья, надежные каменные выступы и др.).
Перестежка на горизонтальных перилах
1. Перестежка двумя самостраховками. У промежуточной точки крепления перил участник, не отстегивая от них самостраховку, пристегивает вторую самостраховку к следующему отрезку перил. Отстегнув первую самостраховку, он продолжает движение
2. Перестежка одной самостраховкой. Применяется на сквозных перилах путем их отстегивания от промежуточного карабина. В точке перестежки должна быть хотя бы небольшая полка.
Подойдя на самостраховке к промежуточной точке перил, участник отстегивает перила от карабина этой точки и проводит за нее карабин самостраховки. Затем он снова пристегивает их к карабину крюка и продолжает движение.
3. Перестежка одной самостраховкой. Применяется на сквозных перилах путем проведения самостраховки через карабин пункта. Участник пристегнут к перилам одной самостраховкой. Подойдя к точке перестежки, он проводит через карабин крюка карабин самостраховки. Затем раскрывает крючьевой карабин и вынимает из него веревку самостраховки. Закрыв карабин крюка, он продолжает движение. Перила от крюка не отстегиваются.
4. Запрещается самостраховка участника на промежуточной точке крепления перил, когда перила отстегнуты от нее.
Формы горного рельефа — термины
Статья Дмитрия Павленко (был отличный сайт singleclimb.com), публикуется с любезного разрешения автора. Раньше я перенёс с сайта Авангарда Олину статью на ту же тему, но эта мне тоже очень нравится.
Глава четвертая. Ну что, поботаем?
Получается так, раз мы тренируемся, потеем, обесстрашиваемся, мы — реальные пацаны. А чтобы реальным пацанам понимать друг друга, им нужно знать ключевые слова. Чтобы не получилось, как в начале 90-х, у только что обретших независимость, украинских клаймберов, очень смешно пытавшихся общаться на незнакомом тогда еще украинском языке, по рации.
Не все, применяемые термины, могу кратко объяснить словами, поэтому, часть просто покажу на фото в различных вариантах.
Ну, что такое Гора, Вы должны догадываться чисто интуитивно, ибо, что это за альпинист, который не может интуитивно визуализировать основной объект своих устремлений (как загнул, а!). В общем, с Горой — без вопросов.
А вот на самой Горе есть несколько наворотов, которые обзываются специальными терминами, часто применяемыми в разговорной речи восходителей.
Хребет — горная цепь, состоящая из множества вершин, тянущаяся порой на тысячи километров (Киргизский хребет, хребет Петра первого и т.д.).
Гребень — участок хребта между отдельными вершинами.
Ребро — мощное скальное, ледовое или снежное ответвление от вершины, обычно обрывающееся у подножия.
Контрфорс — маленькое ребро, иногда не доходящее до подножия.
Перевал — понижение в гребне между вершинами.
Перемычка — любое понижение на гребне, ребре, в общем, на всем чем угодно. Часто перемычками называют перевалы.
Жандарм — отдельно стоящая на рельефе скала.
Стена — любой склон с крутизной, приближающейся к 60 градусам.
Бастион — наиболее крутая часть стены.
Крыша — наиболее пологая часть стены, перед вершиной, не смотря на крылатую фразу Коли Тотмянина, что «не бывает Горы без крыши», иногда отсутствует (Аксу например)
Камин — вид рельефа, смотрите на фото. Для себя определяю, как щель, в которую могу протиснуться бочком и более.
Карниз — тут все понятно.
Потолок — обалденный карниз.
Бараньи лбы — заглаженные скальные выходы.
Кулуар — смотрите картинку.
Желоб — узкий кулуар.
Сброс — крутые скалы, лед, снег, в каком-нибудь спусковом кулуаре
или просто на склоне, улетают на них конкретно.
Мульда — смотрите на картинку.
Серак — ледяной жандарм.
Кальгаспоры — гадкий вид ледового рельефа, на картинке маленькие, а бывают по колено и выше, запаришься пробираться через них.
Заструги — можно сказать снежные кальгаспоры, выдуваемые ветром. Тоже очень неприятный вид рельефа.
Бергшрунд (берг) — трещина, отделяющая ледник от начала маршрута.
Все остальное для меня просто трещины.
Морена (боковая, срединная) — каменные отложения по бокам ледника или на его поверхности.
Ледопад — место, где ледник резко меняет сой уровень. Это слово может также обозначать ледовый обвал.
Полка — пологая часть любого рельефа.
Дюльфер — для меня, любой вид спуска по веревке со спусковым устройством. Так же — веревка, предназначенная для спуска.
Спортивный дюльфер (спортивный спуск) — упрощенный вариант спуска без спускового устройства.
Станция — место промежуточной остановки группы, закрепления перил, в общем — святое место, которое должно быть абсолютно надежным, ибо от него зависит жизнь всей группы!
Перила — закрепленные веревки, по которым поднимаются, следующие за первым, члены группы.
Скорачивание перил (деление) — закрепление перильных веревок на промежуточных точках, для оптимизации движения группы.
Зальцуг — так, чисто для понта, одна из техник ИТО, не парьтесь, пока о нем.
Траверс — прохождение по гребню нескольких вершин. Косое передвижение по склону.
Пич или питч — модный нынче прибамбас, при плохом произношении, воспринимаемый иностранцами, как «сука», обозначающий всего-навсего пройденную веревку, то есть мультипитчевый маршрут — маршрут, состоящий из нескольких веревок.
Сыпуха — каменная осыпь. Различают мелкую, среднюю и крупную сыпуху. Об их свойствах поговорим позднее.
Цирк- хребет с несколькими вершинами в форме полукруга или более. Часто народ вытворяет там такое, что и в настоящем цирке не увидишь.
Пожалуй, из наиболее употребляемых в речи, это все. Полностью заучивать словарь альпиниста не вижу возможности, ибо это слишком перегружает оперативную память, которая требуется для более полезных телодвижений.
Опять же, на все возникающие вопросы отвечу через ala-archa@inbox.ru
А вообще, как и в любой фене, в альпинистской важнее всего- золотая середина и простота. Термины — не та вещь, которой следует щеголять, лучше щеголять умением, хотя, порой, вовремя вставленный «зальцуг» или «мультипитч» и может приблизить к обладанию прелестной собеседницей, но про это в отдельной главе, тем, кому до… или за…
«Уж сколько раз твердили миру. » (Крылов, Басня) или «Где кончается альпинизм» (Б.Гарф)
Фото © http://www.risk.ru/blog/210578
Прочитал статью Макса Балакина и расстроился: говорю, пишу, кричу- никто не слышит, не хотят слышать. Макс, перила- это промальп. Не должно быть в альпинизме перил! Объяснял многократно. Почему?
Давным давно Борис Гарф, выдающийся альпинист, поставил вопрос: «Где кончается альпинизм» Четыре года назад я вспоминал эту его статью, и ответ: ««Пока альпинист приспосабливается к горе, это альпинизм. Когда он начинает приспосабливать гору для своих целей, это строительные работы». (Термина «Промальп» тогда не существовало, поэтому «строительные работы».) Сейчас кого не спрошу о перилах- ответ один: «В целях безопасности». Но безопаснее всего дома сидеть. Где граница допустимого?
Б. ГАРФ «Где кончается альпинизм?»
В Советском Союзе альпинизм завоевал себе должное уважение. Не только десятки тысяч представителей молодежи, которую и в спорте тянет к романтике, но и люди буквально всех возрастов, профессий, должностей, званий, попав однажды в горы, заболевают «горной» болезнью, в меру своих сил и возможностей стремятся к вершинам, получая при этом ни с чем не сравнимое наслаждение.
Однако прежде всего альпинизм — спорт. Трудный, сложный, но увлекательный и благородный спорт.
Рассматривая альпинизм с этой точки зрения, сталкиваешься сразу с некоторыми вопросами, общими для всех видов спорта, но принимающими в приложении к альпинизму специфическую окраску.
Прежде всего приходится иметь дело с известным комплексом двух противостоящих элементов — квалификации спортсмена и сложности преодолеваемого им спортивного препятствия. В нашем случае это олицетворяется альпинистом и вершиной.
Не будем останавливаться здесь на принципиальных отличиях альпинизма от других видов спорта. Об этом уже много писалось. Рассмотрим некоторые направления развития спортивного альпинизма, получившие, на наш взгляд, неправильную тенденцию, необоснованно уводящую альпинизм от общих установившихся и проверенных практикой спортивных положений.
Посмотрим, в каком стиле совершаются у нас многие сложные восхождения. Чаще всего первым идет капитан команды. Иногда, на сложнейших местах, вперед выпускается сильнейшим «техник», который навешивает веревочные перила. К сожалению, распространено мнение, что наиболее целесообразно навешивать первому веревочные перила, по которым остальные быстро и без труда преодолевают участок. То, что это вполне обосновано для тяжело нагруженных высотных носильщиков шерпов при восхождении на восьмитысячник, является в применении к Кавказским вершинам или другим районам, но такой же высоты своеобразной «рационализацией», позволяющей некоторым из восходителей незаслуженно получить медали или право на присвоение очередного разряда.
Спрашивается, многому ли могут научиться при таких «облегченных» условиях восхождения альпинисты? Я уж не говорю о выборе пути как об одном из главных элементов тактики спортивного восхождения. Нередко выбирает путь капитан, остальные «освобождены» от обязанности думать. В разрядные нормы входит такое требование, как руководство восхождением, но зачастую оно выполняется формально и не отражает действительной роли «руководителя» данного восхождения. Во всех командных видах спорта задачи и ответственность ложатся примерно поровну на всех членов команды. Конечно, квалификация и опыт не одинаковы и «звезды» могут сыграть существенную роль в достижении победы, однако перед всеми поставлены задачи одинакового характера и каждый обязан трудиться изо всех сил.
Привившийся в альпинизме «рациональный» стиль следует искоренить. В группе альпинистов, идущих на серьезное восхождение, нужно каждому по очереди быть ведущим, каждому проходить первым сложнейшие участки. Выбор пути и решение других тактических задач не должны носить формальный характер. Капитаном должен быть действительно наиболее опытный альпинист, а не зеленый, хотя и технически сильный юноша, который будет непрерывно спрашивать совета у своего бывалого спутника.
Кстати, следует отметить, что за рубежом в спортивной группе не только не применяются перила, но, более того, если идут две двойки, то передняя, случается, не только вбивает крючья, но и полностью их выбивает, чтобы не облегчать путь второй двойке и не снижать ценность ее спортивного достижения.
Обратимся теперь к другой «рационализации», также уводящей альпинизм в сторону от спортивных принципов.
В «Положении о чемпионате СССР по альпинизму» есть параграф, в котором запрещается предварительная обработка пути. Пришлось ввести такое ограничение, ибо некоторые стенные восхождения стали совершаться в следующем фантастическом стиле: группа из двух двоек подходит к подножию стены и разбивает в уютном, безопасном месте бивак. Одна двойка выходит на маршрут, обрабатывает путь, вбивает крючья, вешает веревки и лестницы. Вторая двойка в это время готовит обед, спит, играет в шахматы. Первая двойка спускается, обедает, проводит ночь со всеми удобствами. Наутро выходит вторая двойка, быстро проходит по навешанным перилам и проводит дальнейшую обработку пути, после чего спускается, и т.д.
Оговоримся сразу, что предварительная обработка пути вполне оправдана для высотных восхождений, где она неразрывно связана с организацией промежуточных лагерей, куда неоднократно приходится затаскивать снаряжение, питание, кислородные баллоны. Но ведь Чатынтау не Джомолунгма!
Рассмотрим теперь вопрос о сложности совершаемых восхождений и о квалификации восходителей под иным углом зрения.
Послевоенный альпинизм в Советском Союзе (впрочем, так же, как и во всем мире) характеризуется непрерывно растущей сложностью проходимых маршрутов. Теперь уж не применяется термин «непроходимый». Говорят лишь о не пройденном еще маршруте. Параллельно с усложнением восхождений с прохождением вертикальных и нависающих участков шло развитие и усовершенствование альпинистского снаряжения. Появились специальные облегченные кошки и карабины, титановые крючья, подвесные платформы, подвесные гамаки для «стенных» биваков. В конце концов изобрели и расширяющиеся (или, как называют их у нас, шлямбурные) крючья, позволяющие создать искусственную точку опоры или страховки в любом месте на совершенно гладкой, лишенной каких бы то ни было трещин скале.
И тут возникает вопрос весьма важный, если не определяющий, для развития спортивного альпинизма, вопрос, который коротко можно было бы сформулировать так: где кончается альпинизм?
Чтобы ясна была моя мысль, позволю себе совершить небольшой экскурс в историю мирового альпинизма. Известно, что пионеры альпинизма совершали восхождения почти без специального снаряжения. В руках палка (альпеншток), темные очки для защиты от солнечных лучей, подкованные гвоздями ботинки из грубой кожи, веревка.
Гигантским шагом вперед явилось применение крючьев, забиваемых в трещины скал. Многие недоступные ранее маршруты стали сразу вполне проходимыми. Увеличилась безопасность. Возник комплекс новых технических приемов. Не меньшую роль, пожалуй, сыграло применение ледоруба и кошек. Однако уже в те давние времена появилась оппозиция.
Вбивать крючья в скалы? Помилуйте, где же тут благородный спорт? Альпинист превращается в ремесленника. Недаром все металлическое снаряжение начинают пренебрежительно именовать «слесарней». Особенно рьяно выступали против крючьев альпинисты Великобритании, страны, в которой традиции сильны, как нигде. И все же крючья завоевали права гражданства, в первую очередь потому, что использование их во много раз увеличивало возможность организации надежной страховки.
Однако и сейчас применение завышенного числа крючьев отнюдь не рассматривается за рубежом как мерило альпинистской квалификации.
Каким же путем развивалось у нас применение технических средств при восхождениях? Весьма характерна история с пришедшими к нам с запада шлямбурными крючьями. Мода на них расцвела у нас с бешеной скоростью. Шлямбуры с наконечником из сверхтвердого сплава, уменьшение времени забивки крюка до двух минут, употребление десятка, если не сотни, шлямбурных крючьев на одном маршруте — все это считается характерными чертами высокого уровня спортивного альпинизма.
Автору этих строк приходилось в процессе своей работы как председателю Главной судейской коллегии по альпинизму разбирать отчеты о восхождениях, в которых мерилом сложности восхождения служило неисчислимое количество забитых крючьев, в том числе особенно (высший класс!) шлямбурных.
Заметим, что за рубежом шлямбурными крючьями пользуются редко, в случае лишь крайней необходимости. Напомним, например, что при первом восхождении на Пти-Дрю по западной стене было использовано лишь два шлямбурных крюка для перехода с северной стены на западную по гигантской отполированной, без единой трещины, плите.
Слышу возражения: «Западные альпинисты нам не пример, там ходят без страховки!» Во-первых, это не¬верно. В Альпах также страхуются. Сложные места проходятся на двойной страховке. Просто там лучше используют рельеф горы, скальные выступы, скальные трещины.
Мне пришлось в давние времена пройти один маршрут в районе Безенги. Лет через 15 после этого я читал отчет группы, повторившей совершенное нами восхождение. Там, где для нас было приятное лазанье по сухим скалам со множеством хороших выступов и зацепок, где мы забили лишь два крюка, проходил, оказывается, путь «предельной» сложности — с подсаживанием друг друга, с применением маятника, с забивкой 40-50 крючьев, из которых половина шлямбурных.
Если шлямбурный крюк забить быстрее, чем подобрать трещину для нормального крюка (а не очень грамотные альпинисты именно так зачастую и поступают, тыкая крюком в разные трещины!), если шлямбурный крюк забить быстрее, чем найти путь в двух метрах справа или слева, то зачем себя утруждать? Любая стена может быть преодолена «по линии падения воды», без всякого выбора рационального пути.
В сочетании с вышеописанной методикой предварительной обработки пути, в сочетании с движением группы по принципу «один с сошкой — семеро с ложкой» увлечение горностроительными работами знаменует собой новый период в развитии альпинизма, дающий нам право поставить вопрос: где кончается альпинизм?
Руководитель британской экспедиции на Джомолунгму сэр Джон Хант так ответил на этот вопрос: «Пока альпинист приспосабливается к горе, это альпинизм. Когда он начинает приспосабливать гору для своих целей, это строительные работы». Наука и техника во всем мире развиваются семимильными шагами. При одном стенном восхождении в Скалистых горах отверстия под крючья сверлили электродрелью, причем ток подавался снизу по кабелю. Что это, альпинизм? А можно вполне предположить, что будут изобретены пиропатроны, позволяющие вгонять крючья в скалу выстрелом из небольшого пистолета. Если можно подавать ток с подножия, то почему нельзя спускать аккумуляторы с вертолета?
Однако стоп! Не будем слишком строгими ортодоксами. Поскольку мы входим сейчас в Мировую ассоциацию альпинизма, мы не можем запретить применение такого снаряжения, которое употребляется, хотя и в ограниченных масштабах, за рубежом. Ведь беда не в том, что используются шлямбурные крючья тогда, когда нет другой возможности организовать страховку. В этом случае такое применение оправданно и целесообразно. Беда в том, что шлямбурные крючья чаще всего используются там, где они не нужны, где можно вполне обойтись без них. В этом случае они просто подменяют спортивное мастерство и разумную тактику. Ведь дело дошло до того, что даже на вершинах 3-й категории трудности начинают употреблять шлямбурные крючья.
Альпинистская общественность в решениях пленума Федерации альпинизма (март 1970 г.) отчетливо выразила свое отрицательное отношение к злоупотреблению техникой «слесарной» в ущерб технике спортивной. Выполнение этих решений повысит качественный уровень советского спортивного альпинизма, обеспечит надежное освоение технических приемов передвижения по сложному рельефу, а это в свою очередь является, как известно, лучшей гарантией безаварийности при восхождениях.
Статья была опубликована в 1972 г в сборнике «Побежденные вершины», и выражала отношение альпинистского сообщества того времени (решение пленума Федерации альпинизма СССР марта 1970 г) к использованию в альпинизме перил, шлямбуров, чрезмерного ИТО и пр.
Проблемы нашего альпинизма. Часть вторая. Стиль прохождения маршрутов.
Легкий стиль. 1986 г. Ночевка на стене.
О хорошем стиле в альпинизме написано много и не единожды. УИАА по этому поводу приняла ряд документов, первым из которых была Тирольская декларация «О хорошем стиле в альпинизме»
Последний раз я возвращался к этой теме совсем недавно здесь и здесь.
Современный взгляд на стили горовосхождений продиктован стремлением лучшей части сообщества сохранить в альпинизме дух приключений, сделать восхождение честным: когда восходитель преодолевает реальные опасности, а не играет в игру «Альпинизм» с препарированными препятствиями и «нечестными приемами». Качество и стиль решения проблемы, важнее, чем собственно решение. Важно, не что ты прошел, а как ты это сделал.
Кратко смысл современных понятий о современном стиле в мировом сообществе клаймеров можно свести к следующему:
осуждаются «тяжелые»осадные стили
— на стенах – «Бигвольный» («капсульный)- многодневная осада стены с применением платформ с палаткой, большим количеством разнообразного снаряжения, запасами еды и воды; стиль гусеницы, которая то растянется (обработка маршрута с возвратом на ночь на платформу), то сожмется (перенос платформы к верху обработанного участка).
— в высоких горах – «гималайский»: с провешиванием маршрута перилами, оборудованием промежуточных лагерей (с занесенными туда большими запасами еды и топлива), многочисленными подъемами –спусками и медленным, но «надежным» продвижением к вершине.
— подготовка маршрутов «сверху- вниз» (пробивка анкерами, установка крючьев или закладок) с последующим прохождением «снизу- вверх».
Поощряются как на стенах, так и в Больших горах стили альпийский и его производные: фаст-н-лайт, «нон стоп».
По технике:
— предпочтение должно отдаваться свободному лазанию, передвижение на ИТО должно сводиться к минимуму. Для этого восходитель должен постоянно работать над собою, повышая уровень своего лазания.
— восходитель должен владеть всеми способами скалолазания (свободное лазание, драйтулинг, передвижение на ИТО) и ледолазания, и использовать оптимальный способ передвижения в зависимости от состояния рельефа и погоды.
— использование для передвижения перил (закрепленной веревки) осуждается как «нечестный» способ подъема на вершину.
Осуждается применение «нечестного» снаряжения, слишком упрощающего прохождение маршрута, а именно:
— анкера и шлямбурные крючья
— перфораторы для забивки анкеров
— скайхуки- дырочники, как виток шлямбурной техники на новом уровне
— скальные фифы
— айс-фифи от ноги, превращающие передвижение по крутому льду в детскую забаву
— применение для передвижения по маршруту закрепленных веревок (перил по нашему)
— на высотных восхождениях – использование искусственного кислорода
Из двух восхождений по одному и тому же пути лучше то, на котором использовалось меньше снаряжения. Чем меньшим количеством снаряжения ты обходишься на сложном маршруте, тем выше твое достижение.
По составу команды: осуждаются большие команды, где первый лидирует и провешивает веревками маршрут, а остальные поднимаются по перилам, поочередно меняя лидера. Поощряются маленькие команды из двух-трех человек.
По экологии и сохранению гор и скал для будущих клаймеров: осуждается применение шлямбурных крючьев и анкеров, крючьев из твердых сплавов (в т.ч. твердосплавных якорей, разрушающих скалу значительно больше крючьев из мягких материалов, следующих изгибам трещины), оставление на маршруте любого снаряжения (забитых крючьев, оставленных закладок, пломб –копперхедов, перильных веревок, брошенных лагерей, кислородных баллонов и пр.), естественно – мусор (окурки, бутылки, консервные банки, объедки, туалетная бумага, иногда – даже дерьмо!)
Основной закон: не можешь- не лезь! Выбирай маршрут по силам.
Так во всем мире, но не у нас. Почему? В первую очередь виноват наш «спортивный» альпинизм.
Разрядная система вообще не учитывает то, как ты поднялся на вершину: поднялся – получи гору в зачет! Есть маленький рычажек воздействия – инструктор или тренер, который после разбора может «незачесть» маршрут. Да кто ж будет рубить сук, на котором сидит? Когда инструктор не учит горовосхождениям, а водит на Гору, поощряя перила, любое снаряжения и будучи заинтересованных в большой команде (деньги, однако!). Последний продукт такого учебного альпинизма- Калы мыца!
А ведь соревнования могут стать той «стрелкой на железной дороге нашего альпинизма», которая перенаправит наш альпинизм куда угодно! Поощряя «правильные стили, технические приемы, снаряжение» дополнительными баллами, и «наказывая» за нарушение вышеизложенных современных этических норм штрафами.
Стремясь любой ценою выполнить разряд по альпинизму или подняться на соревнованиях в протоколе выше, нам в нашем альпинизме давно не до этики и хороших стилей!