Что такое сопки маньчжурии

На сопках Маньчжурии

На сопках Маньчжурии (первоначально, Мокшанский полк на сопках Маньчжурии) — русский вальс начала XX века, посвящённый погибшим в русско-японской войне воинам 214-го резервного Мокшанского пехотного полка. Автор — военный капельмейстер полка Илья Алексеевич Шатров.

Содержание

Предыстория

История

После окончания русско-японской войны Мокшанский полк еще целый год оставался в Маньчжурии, где Илья Алексеевич, однажды попав по приказу нового командира полка на гауптвахту, начал писать вальс «Мокшанский полк на сопках Маньчжурии», посвященный погибшим боевым товарищам. [1]

В мае 1906 года Мокшанский полк вернулся к месту дислокации в Златоуст. Летом Илья Шатров создал первую версию вальса, которая называлась «Мокшанский полк на сопках Маньчжурии». Шатров посвятил вальс своим погибшим друзьям. С 18 сентября 1906 года Мокшанский полк был передислоцирован в Самару. Здесь Шатров познакомился и подружился с педагогом, композитором и нотоиздателем Оскаром Филипповичем Кнаубом, который оказал начинающему композитору серьёзную помощь в завершении работы над вальсом и его последующем издании. Летом 1907 года ноты вальса Ильи Шатрова «Мокшанский полк на сопках Маньчжурии» продавались в магазине дешевых изданий Оскара Кнауба.

В Самаре же в Струковском саду 24 апреля 1908 года и состоялось первое исполнение вальса духовым оркестром. Поначалу провинциальная публика довольно прохладно встретила этот вальс, однако впоследствии популярность вальса стала расти, а с 1910 года тиражи граммофонных пластинок с записью вальса стали превосходить тиражи других модных вальсов. Только за первые 3 года после написания этот вальс переиздавался 82 раза.

В силу своей популярности вальс стал объектом «аудиопиратов», выпускавших пластинки без разрешения автора и без выплаты гонорара. А многие граммофонные фирмы заплатив автору гонорар, многократно тиражировали грампластинки, более не выплачивая гонорара ни автору произведения, ни исполнителям. Только с принятием в 1911 году первого в России закона об авторских правах Шатрову удалось отстоять свое право на часть доходов от продажи пластинок.

В конце Великой Отечественной войны вальс «На сопках Маньчжурии» нередко исполнялся по радио и в концертах в связи с торжественными минутами, отмечавшими победы Советской Армии над японскими милитаристами в Маньчжурии.

В кинематографе

Текст

Из-за широкого распространения некоторые куплеты видоизменялись при устной передаче, так что можно встретить несколько другие его варианты.

Страшно вокруг,
И ветер на сопках рыдает
Порой из-за туч выплывает луна,
Могилы солдат освещает.

Белеют кресты
Далёких героев прекрасных.
И прошлого тени кружатся вокруг,
Твердят нам о жертвах напрасных.

Средь будничной тьмы,
Житейской обыденной прозы,
Забыть до сих пор мы не можем войны,
И льются горючия слезы.

Плачет отец,
Плачет жена молодая,
Плачет вся Русь, как один человек,
Злой рок судьбы проклиная.

Так слёзы бегут
Как волны далёкого моря,
И сердце терзает тоска и печаль
И бездна великого горя!

Героев тела
Давно уж в могилах истлели,
А мы им последний не отдали долг
И вечную память не спели.

Мир вашей душе!
Вы погибли за Русь, за Отчизну.
Но верьте ещё мы за вас отомстим
И справим кровавую тризну!

Вовек не забыть нам
Этой ужасной картины,
И то, что Россия могла пережить
Беды и позора годины!

В китайской (вар.) японской земле
На дальних равнинах Востока
Осталися тысячи наших лежать
По воле несчастного Рока.

Зачем же зачем
Над нами судьба посмеялась,
И так бесполезно, без всякой нужды
Солдатская кровь проливалась?!

И в сердце теперь
Осталась надежда на тризну
Со знаньем Судьбы умираем за Русь,
За Веру, Царя и Отчизну!

Пережили мы
Бездну великого горя,
И слёзы невольно бегут из очей,
Как волны далёкого моря.

Рыдают отцы,
Матери, дети, вдовицы,
А там далеко на манчжурских полях
Белеют кресты и гробницы.

Мир вашей душе,
Народные наши витии!
Примите последний прощальный привет
От горестной скорбной России!

Ночь подошла,
Сумрак на землю лёг,
Тонут во мгле пустынные сопки,
Тучей закрыт восток.

Здесь, под землёй
Наши герои спят
Песню над ними ветер поёт
И звёзды с небес глядят.

То не залп с полей пролетел —
Это гром вдали прогремел.
И опять кругом всё спокойно,
Всё молчит в тишине ночной.

Спите бойцы,
Спите спокойным сном.
Пусть вам приснятся нивы родные,
Отчий далёкий дом.

Пусть погибли вы в боях с врагами,
Подвиг ваш к борьбе нас зовёт!
Кровью народной омытое знамя
Мы понесём вперёд!

Мы пойдём навстречу новой жизни,
Сбросим бремя рабских оков!
И не забудут народ и Отчизна
Доблесть своих сынов!

Спите, бойцы,
Слава навеки вам.
Нашу отчизну, край наш родимый
Не покорить врагам!

Ночь. Тишина.
Лишь гаолян шумит.
Спите, герои, память о вас
Родина-мать хранит.

Тихо вокруг.
Сопки покрыты мглой.
Вот из-за туч блеснула луна,
Могилы хранят покой.

Белеют кресты —
Это герои спят.
Прошлого тени кружатся вновь,
О жертвах боёв твердят.

Тихо вокруг,
Ветер туман унёс,
На сопках манчжурских воины спят
И русских не слышат слёз.

Плачет, плачет мать родная,
Плачет молодая жена,
Плачут все, как один человек,
Злой рок и судьбу кляня.

Пусть гаолян
Вам навевает сны,
Спите, герои русской земли,
Отчизны родной сыны.

Вы пали за Русь,
Погибли за Отчизну.
Но верьте, мы за вас отомстим
И справим мы славную тризну.

Меркнет костер,
Сопки покрыл туман.
Легкие звуки старого вальса
Тихо ведет баян.

С музыкой в лад,
Припомнил герой-солдат
Росы, березы, русые косы,
Девичий милый взгляд.

Там, где ждут сегодня нас,
На лугу в вечерний час,
С самой строгою недотрогою
Танцевали мы этот вальс.

Вечера свиданий робких
Давно прошли и скрылись во тьму…
Спят под луною маньчжурские сопки
В пороховом дыму.

Мы сберегли
Славу родной земли.
В битвах жестоких мы на Востоке,
Сотни дорог прошли.

Но и в бою,
В дальнем чужом краю,
Припоминаем в светлой печали
Родину-мать свою.

Далека ах, далека
В этот миг от огонька.
В ночи хмурые из Маньчжурии
Уплывают к ней облака.

В темный простор,
Мимо ночных озер,
Легче, чем птицы, выше границы
Выше сибирских гор.

Покидая край угрюмый,
Летят за нами в радостный пусть
Все наши самые светлые думы,
Наша любовь и грусть.

Меркнет костер,
Сопки покрыл туман.
Легкие звуки старого вальса
Тихо ведет баян.

Популярность за пределами России (СССР)

Мелодия вальса снискала большую популярность за пределами России (СССР) — особенно в версии Маньчжурский бит (Manchurian beat).

Американская инструментальная рок-группа The Ventures — инструментальное исполнение Manchurian beat.

8 ноября 2012 г. По каналу «Культура» голливудский фильм «Евгений Онегин». На именинах Татьяны гости танцуют под вальс «На сопкахМанчжурии»

Швеция

Шведская инструментальная рок-группа The Spotnicks — инструментальное исполнение Manscurian Beat.

Финляндия

Первые граммофонные записи песни были сделаны в начале 1920-х гг., но более широкую известность в Финляндии вальс приобрёл к середине 1930-х гг. после его исполнения аккордеонистом Вильо Вестериненом. Популярность вальса возросла после его исполнения в 1945 году финским певцом Аймо Вильхо Андерссоном. В последующем вальс исполняли такие музыканты и группы, как:

Польша

Вальс звучит в финальном эпизоде знаменитого польского сериала «Ночи и дни» в сцене, представляющей русских офицеров, сидящих на террасе в кафе.

Источник

На сопках Маньчжурии

Посвящается героям русско-японской войны 1904-1905 гг. и памяти графа Ф.Э.Келлера

По прибытии в Маньчжурию генерал Ф.Э. Келлер принял Восточный отряд в тяжелом состоянии. После Тюренческого боя русские отступали в тягостном ожидании скорого наступления японцев на Ляоян и главный город Маньчжурии Мукден. Федору Эдуардовичу было очевидно, что армия не готова противостоять им. Однако два с половиной месяца ему удавалось сдерживать наступление своего противника генерала Куроки – командовавшего наиболее многочисленной из японских армий. Он построил стратегию таким образом, что отступая, русские заставляли противника нести большие потери, а сами ни разу не попали в критическое положение. Это не было беспорядочным отступлением, а стало организованным отходом на новые позиции.

Тем самым Келлер фактически сковал всю армию Куроки на левом фланге русских войск Н.С. Куропаткина. Ведя непрерывный бой, Келлер появлялся в самых опасных местах, всем своим видом подчеркивая презрение смерти, собственным примером воодушевляя войска и призывая солдат выполнить долг воина перед Родиной.

18 июля 1904 г. генерал наблюдал за боем с наиболее обстреливаемой батареи и приблизился к ней вплотную, не обращая внимания на свист пуль и шипение артиллерийских снарядов, изучал обстановку. За его спиной находился сын – еще не обстрелянный корнет, только прибывший на фронт. В ужасе он почти прошептал: «Отец, убьют».

– А их что, не убьют? – и генерал показал на солдат, – но они не бегут, а я их командир с позором убегу от страха, – только и успел сказать сыну, как наказ ему на будущее.

В 15 часов 20 минут он был смертельно сражен вражеским снарядом, который целиком попал в него. На теле генерала насчитали 36 ран от шрапнели. Окружающие были поражены ужасной смертью Героя. Весть о ней быстро облетела всю армию и произвела страшное впечатление.

После боя быстро вечерело. Солдаты удобно расположились у своих костров и с аппетитом доедали кашу. Кашевар уже отскребывал стенки общего котла.

– Сегодня каши привалило от пуза, считай, каждому за двоих досталось. Вон сколько их полегло, весь склон холма в крестах. Да, – в задумчивости произнес кашевар, − куда нас занесло помирать. на край света, почитай по всем сопкам Лаояна наши воины спят, и русских не слышно слез. Спит Лаоян. Сопки покрыты мглой, лишь ветер порывный рыдает. Кто-то у костра:

– Вон, посмотри, порой, из-за туч выплывает луна, могилы солдат освещает. Белеют кресты, и прошлого тени кружатся, твердят нам о жертвах напрасных.

Русско-японская война была не популярна в народе, к тому же она не принесла победы русскому оружию.

– Чего их эти сопки делить? Только, что дров нарубить, да их и у нас хватает, – пробурчал кто-то сквозь сон.

– Спите же вы, ишь разгомонились, не нашего ума это дело судить о войне, наше дело – штык на перевес и вперед, в атаку, а это уж пусть генералы решают, кому чего надо.

Молодой солдатик раскручивал ко сну скатку: «Как так напрасных? Неужели мы действительно гибнем из-за дров? А вот в песне поется – «за Царя, за Родину, за Веру», − обращается к кашевару: «Дядя, разве не так?»

– Все так, – не спеша отвечает он и тщательно раскуривает трубку. – Россея – она громадная, и с каждой стороны басурманы только и хотят отхватить от нее кусок, да пожирнее. На юге турок без устали жмет, в европах немчура со всякими австрияками так и норовят куснуть, а здесь еще и японец объявился. Кто он такой, раньше о нем и слыхом не слыхивали? Есть-то фитюлька какая-то, винтовка наша, поди, и та выше него. Ан нет, и ему подавай кусок. Так-то, сынок, за всем пригляд нужен. Как же иначе? Иначе нельзя. Чуть просмотрел, не успеешь оглянуться все эти турки с японцами объявятся у тебя во дворе. Вот тогда и посмотрим, напрасны эти жертвы или нет. Ты, говоришь, где же это видано, чтобы свое добро отдавать, это кто ж посмеет, если только ненормальный или не наш человек – чужак беспутный.

Солдат перекрестился и завалился на бок спиной поближе к костру. Засыпая еще раз перекрестился и уже сквозь сон: «Спите, братцы, слава навеки вам! Нашу Россию, просторы бескрайние не покорить врагам!»

Молодому солдату не спалось. «Тихо и страшно вокруг, − подумал он. – Ночь подошла, сумрак на землю пал, тонут во мгле пустынные сопки, тучей закрыт Восток».

В ряду спящих зашевелился и поднялся крайний – костровой. Он подкинул веток в огонь и заметил молодого солдата.

− Что, не спится? Это у тебя с непривычки, обомнешься еще. Погодь, мы за всех отомстим и справим кровавую тризну. Еще Иисус Христос наставлял: «Нет больше сея любви, как душу свою положить за други своя».

Средь будничной тьмы,

Житейской обыденной прозы,

Забыть мы не сможем этой войны,

Пусть льются горючие слезы.

Плачут, плачут мать родная

Плачет вся Русь, как один человек,

Злой рок и судьбу кляня.

– Ложись, сынок, ложись, – костровой закурил и стал помешивать колчужки в костре, – завтра наш черед: «Пусть погибнем и мы в боях с врагами, к тому нас наш долг зовет, но кровью омытое наше знамя мы понесем вперед».

– Так уж обязательно наш черед? – взволнованно от такого неожиданного откровения и шепотом от страха переспросил молодой.

– Зачем же ты сюда пришел? Думал, что убивают только соседей, а тебя пожалеют? Вона, посмотри, генералов и тех не щадят. Бах! И нету генерала. Ты сюда через реки, леса, горы, поля на край света для чего явился? Сопки разглядывать? Помирать ты сюда приехал. Жить, конечно, всем хочется, но и смерти бояться нечего, не дрейфь, она в бою легкая. Ты о ней только не думай, а будешь думать, душой обмякнешь, не приведи Господи, еще трусом станешь, опозоришь и себя, и семью свою. Это, почитай, хуже смерти. В аду черти будут тебя вечно в смоле кипятить и на сковороде жарить.

– А вдруг пронесет, не всех же на войне убивает? Кто-то и возвращается.

– Пронесет, считай, что повезло. Так-то, мой дорогой.

Костровой оглянулся вокруг: «Ночь, тишина, лишь Ляоян шумит. Спят мужики, память о них Родина-мать сохранит!»

– Мы-то этой войны не забудем, – пробурчал тот же сонный голос, – а вот новые люди и знать-то не будут. Другие времена придут, а с ними и люди другие со своими заботами и хлопотами. И будет им не до нас.

Разговоры солдат после боев за котелком каши оставались разговорами до тех пор пока они не срифмовались и не выстроились в стройные четверостишья стихов в память о погибших братьях-солдатах на далеких и чуждых русскому крестьянину сопках Маньчжурии, а бывший капельмейстер 214 Мокшанского полка 54 дивизии Илья Алексеевич Шатров в 1906 г. не написал реквием «Мокшанский полк на сопках Маньчжурии». Позже Степан Скиталец (Петров) – писатель и поэт написал первый вариант стихов.

Илья Алексеевич, хотя сам в окопах не сидел, числился в ряду геройских офицеров, за что и был удостоен серебряной медали «За усердие» для ношения на Аннинской ленте. Вскоре «За разновременные отличия против японцев» он был отмечен первым среди военных дирижеров офицерским орденом Станислава третьей степени с мечами.

В феврале 1905 г. Мокшанский полк одиннадцать суток участвовал в непрекращавшихся кровопролитных боях под Мукденом и Ляояном. В конце концов японцам удалось окружить полк и плотно сжать его в кольце окружения. В критический момент боя в тылу мокшанцев заиграл их оркестр под руководством Шатрова. Солдаты, воодушевленные победными маршами, прорвали окружение, хотя полк к тому времени был практически уничтожен, а из 61 музыканта уцелело только 7 человек. Среди них был и Илья Алексеевич.

После войны его вальс известный больше как «На сопках Маньчжурии» имел ошеломляющий успех как в России, так и за рубежом, где его называли «национальным русским вальсом».

В 1952 г. майор Советской армии Илья Алексеевич Шатров скончался. За участие в Отечественной войне он был награжден орденом Красной Звезды, двумя медалями. С годами из названия вальса исчезло указание, что он посвящен воинам Мокшанского полка как это часто бывает, а имя его автора стало забываться. Вскоре на пластинках вальса «На сопках Маньчжурии» стали писать просто «старинный вальс» без указания имени его автора.

– «Справим кровавую тризну», – прошептал, засыпая, молодой солдат у костра. – Не уж-то впрямь забудут и не вспомнят?

Тело генерала с места кончины до Ляояна и далее до Иркутска сопровождал его сын, корнет казачьего полка, граф Александр Келлер. В Иркутске, как это не горько было юноше, он попрощался с отцом и поспешил вернуться на фронт. Его спросили, почему он не едет дальше на похороны отца?

— Если бы отец узнал, — ответил он, — что я покинул фронт, он бы перевернулся бы в гробу.

Далее траурный вагон сопровождал преданный генералу черкес. Преодолев просторы России, 11 августа поезд прибыл в Рязань, где его встречала вдова графиня Мария Александровна, которая сопровождала прах мужа до станции Зарайск. В Зарайске гроб с прахом генерала был встречен со всеми воинскими почестями, в присутствии военных и гражданских властей, тысячной толпой народа и близкими родными. Ко времени похорон прибыли екатеринославские депутаты от города, земства, служащих железной дороги и редакции «Приднепровский край». (Ф.Э.Келлер до поездки на фронт был губернатором Екатеринославля). Они привезли с собой серебряные венки от губернского правления и канцелярии, городской полиции. Окрестные села направили на похороны свои депутации. Из Озёр прибыл фабрикант М.Ф. Щербаков со своим хором и делегацией озерчан. В церковь на панихиду подоспела депутация от Пажеского корпуса, от полков и Генштаба, где Ф.Э.Келлер служил.

Храм в селе Сенницы, в котором отпевали Ф.Э. Келлера.

Фамильная усыпальница, в которой был похоронен Ф.Э. Келлер.

После похорон состоялись богатые поминки для родственников, знатных людей, военных и других, приехавших почтить память Героя, погибшего за Царя, за Родину, за Веру на далеких и совсем не понятных русскому мужику сопках Маньчжурии.

Пруды в усадьбе Ф.Э. Келлера.

Ему, увенчанному славой,

За доблесть, подвиги в боях,

Не мог внушить тот бой кровавый

Обычный всем, невольный страх.

Ее примчал свинцовый град.

И графа нашего не стало –

Осиротел его отряд…

Награды генерала Ф.Э. Келлера

(Фото похорон Ф.Э. Келлера взято из интернета).

Валерий Овсянников 25 января 2021 г.

Метки: Озёры, Сенницы

У этой статьи 2 комментариев

Интересно! Довольно интересно и познавательно. Наконец-то мы начали воспоминать одного из героев земли русской графа Ф.Э. Келлера. Ведь в советское время о его воинских подвигах, о его жизни, о том, что он сделал для России писали довольно скупо и неохотно. Советское правительство не жаловало I мировую войну, а о войне с Японией, которую вёл «проклятый царизм»вспоминали мало и как-то односторонне. А российский солдат и российские офицеры, в том числе служившие на флоте, проявляли храбрость, отвагу, мужество, героизм. Немного жаль, что ты, Валерий Иванович, не затронул революционные годы в России, когда прах великого генерала был осквернён. Катился по России тогда, раздуваемый новой властью огненный и разрушительный вал надругательства над храмами, усыпальницами, склепами… Много пережила наша страна!

Уж больно сурово «благодарные» потомки обошлись с останками героя многих войн и защитника Отечества Российского. Уж лучше бы его там, на поле боя, похоронили. Волосы дыбом встают.

Источник

LiveInternetLiveInternet

—Фотоальбом

—Рубрики

—Цитатник

Интригующий стиль гламура и процветания. Erik Freyman A Jeweled Kiss, Circa 199.

Артур Георг фон Рамберг (Arthur Georg von Ramberg),1819-1875гг.Австрия. Двор импер.

Живёт на свете красота На сцене в танец превращаясь. Mila Losenko Вся коллекция худож.

Тигр — животное самодостаточное, он не самоутверждается за счет других. Под знаком Тигра.

—Видео

—Метки

—Поиск по дневнику

—Подписка по e-mail

—Интересы

—Друзья

—Постоянные читатели

—Сообщества

—Статистика

«На сопках Маньчжурии». История создания вальса, его переработка на слова и исполнители

Музыка И.Шатрова

Слова А. Машистова

Ночь подошла,
Сумрак на землю лег,
Тонут во мгле пустынные сопки,
Тучей закрыт восток.

Здесь, под землей,
Наши герои спят,
Песню над ними ветер поет и
Звезды с небес глядят.

Спите, бойцы, спите спокойным сном,
Пусть вам приснятся нивы родные,
Отчий далекий дом.

Пусть погибли вы в боях с врагами,
Подвиг ваш к борьбе нас зовет,
Кровью народной омытое знамя
Мы понесем вперед.

Мы пойдем навстречу новой жизни,
Сбросим бремя рабских оков.
И не забудут народ и отчизна
Доблесть своих сынов.

Спите, бойцы, слава навеки вам!
Нашу отчизну, край наш родимый
Не покорить врагам!

Ночь, тишина, лишь гаолян шумит.
Спите, герои, память о вас
Родина-мать хранит!

Хор Сретенского монастыря

Помните в исполнении Шульженко – «Вальс воевал, он в шинели шел запылен, вальс напевал про маньчжурские сопки». А сколько всего войн прошел этот вальс, теперь и не сосчитать. Даже в наши дни вальс «На сопках Маньчжурии» есть в репертуаре почти каждого духового оркестра. Вальс давно живет своей жизнью, и немногие сегодня знают, что написан он в 1906 году простым полковым капельмейстером Ильей Алексеевичем Шатровым, который и на самом деле воевал на сопках Маньчжурии.

Военный капельмейстер Илья Шатров

Илья Шатров родился в небольшом уездном городке Землянске 1 апреля 1885 года в семье отставного унтер-офицера. У мальчика рано проявились музыкальные способности, он самостоятельно научился играть на балалайке и гармонике. После смерти отца Илье удалось поступить воспитанником в музыкантскую команду Гродненского гусарского полка, расквартированного в Варшаве. Молодой военный музыкант быстро освоил игру на барабане, а затем и на духовых инструментах. В 1900 году по ходатайству командира полка его приняли в Варшавский музыкальный институт. Три года обучения на отделении военных капельмейстеров пролетели незаметно, и в 1903 году дипломированный капельмейстер Илья Шатров получил назначение в 214-й Мокшанский пехотный батальон, расквартированный в Златоусте. В штат батальона Шатров был зачислен капельмейстером без классного чина.

Небольшой экскурс в историю. В полках и отдельных батальонах российской армии до революции существовали музыкантские команды, иногда значительные – до 50-60 солдат и унтер-офицеров. Начальниками команд, как правило, были полковые адъютанты (офицеры), а капельмейстерами (дирижерами) – военные чиновники, которые имели соответствующие статские классные чины. В обязанности капельмейстера входило обучение полковых музыкантов, барабанщиков и горнистов, дирижирование оркестром. Кроме капельмейстера в полку служили и другие чиновники: врачи, казначей, делопроизводитель, квартирмистр. Они носили обмундирование офицерского образца, но с отличными от офицерских знаками различия, шитьем, нашивками, галунами и т.п. Чиновники, не имеющие классных чинов, носили обмундирование без погон, шитья и галунов, а саблю без темляка.

Мокшанский полк

К началу русско-японской войны на базе батальона был создан 214-й Мокшанский полк, отправленный в действующую армию в Маньчжурию. Полк участвовал во многих боях, в том числе в знаменитом сражении под Ляояном. Видимо капельмейстер Шатров проявил в них не только музыкальную одаренность, так как уже летом 1904 года за «отлично усердную службу при военной обстановке» был награжден серебряной медалью «За усердие» для ношения на Анненской ленте. В феврале 1905 года полк принял свой последний бой под Мукденом. Десять дней мокшанцы отбивали яростные атаки японцев, причем последний день вели бой в полном окружении.

В последнюю атаку командир полка полковник Петр Побыванец поднял солдат под развернутым знаменем под звуки марша. Впереди полкового оркестра, дирижируя саблей, шел капельмейстер Шатров. Значительно поредевший полк пробился из окружения, вынеся погибшего в штыковой атаке командира. Мужество военных музыкантов оценили по достоинству, наградив семерых уцелевших унтер-офицеров и солдат Георгиевскими крестами. Полк тоже не остался без награды, получив высоко ценившиеся в русской армии Георгиевские серебряные трубы. Не остался неотмеченным и военный капельмейстер. Он был удостоен статского чина коллежского регистратора (соответствовал чину прапорщик) и «за разновременные отличия против японцев» награжден боевым орденом Станислава 3 степени с мечами и бантом.

Весной 1906 года мокшанцы вернулись в Златоуст, привезя с собой останки погибшего командира, которого похоронили возле Симеоновской церкви (уже в наши дни на этом месте установлен крест). Для полка началась мирная жизнь. Бытует легенда, что новый командир полка отправил за какие-то прегрешения капельмейстера на гауптвахту, где тот и записал первые ноты вальса, посвященного погибшим под Мукденом сослуживцам.

В сентябре 1906 г. полк был переведен в Самару. Здесь в городском саду в исполнении полкового оркестра впервые прозвучал вальс «Мокшанский полк на сопках Маньчжурии», который был равнодушно встречен гуляющей публикой. Но вскоре к Илье Шатрову пришло заслуженное признание, а вальс стал стремительно распространяться по России. Распространению вальса немало поспособствовал Оскар Филиппович Кнауб, с которым Шатров познакомился в Самаре. Самобытный композитор и нотоиздатель Кнауб помог «отшлифовать» вальс и издать его нотную запись. К 1911 году ноты переиздавались более 80 раз. Утвердилось и короткое название вальса – «На сопках Маньчжурии».

А по всей России с граммофонных пластинок зазвучало:

«Тихо вокруг, сопки покрыты мглой,

Вот из-за туч блеснула луна,

Могилы хранят покой…»

Исполняет духовой оркестр МО РФ

До революции было создано значительное количество вариантов текста вальса, но признание получили эти стихи, написанные писателем и поэтом Степаном Гавриловичем Петровым, больше известным под псевдонимом Скиталец.

Вариант слов 1906 года
Степана Гавриловича Петрова (Скитальца) (первый)

Страшно вокруг,
И ветер на сопках рыдает
Порой из-за туч выплывает луна,
Могилы солдат освещает.

Белеют кресты
Далёких героев прекрасных.
И прошлого тени кружатся вокруг,
Твердят нам о жертвах напрасных.

Средь будничной тьмы,
Житейской обыденной прозы,
Забыть до сих пор мы не можем войны,
И льются горючия слезы.

Плачет отец,
Плачет жена молодая,
Плачет вся Русь, как один человек,
Злой рок судьбы проклиная.

Так слёзы бегут
Как волны далёкого моря,
И сердце терзает тоска и печаль
И бездна великого горя!

Героев тела
Давно уж в могилах истлели,
А мы им последний не отдали долг
И вечную память не спели.

Мир вашей душе!
Вы погибли за Русь, за Отчизну.
Но верьте ещё мы за вас отомстим
И справим кровавую тризну!

Поет русский певец Вавич на слова Скитальца. Запись 1910 года

По своей популярности вальс «На сопках Маньчжурии» долгое время практически не имел себе равных, за границей его даже называли «русским национальным вальсом», а соперничать с ним могли только «Амурские волны», автор которых Макс Авелевич Кюсс, как и Шатров, полковым капельмейстером прошел японскую войну.

Новый пик популярности вальса пришелся на годы Великой Отечественной войны, когда его исполнял Иван Козловский и включали в свои репертуары многие фронтовые концертные бригады.

А это вариант слов Ивана Козловского

Тихо вокруг, сопки покрыты мглой.
Вот из-за туч блеснула луна,
Могилы хранят покой.

Тихо вокруг, ветер туман унес.
Hа сопках Маньчжурских воины спят
И русских не слышат слез.

Плачет, плачет мать родная, плачет молодая жена,
Плачут все, как один человек,
Злой рок и судьбу кляня.

Пусть гаолян вам навевает сны,
Спите, герои русской земли,
Отчизны родной сыны.

Вы пали за Русь, погибли за отчизну,
Поверьте мы за вас отомстим
И справим мы славную тризну. 2 раза

Создатель знаменитого вальса и после революции не расстался с армией, он возглавлял военные оркестры, участвовал в Великой Отечественной войне, был награжден орденом Красной Звезды и медалями. В последние годы жизни Шатров преподавал музыку в Тамбовском суворовском училище. Кроме легендарного вальса им были написаны еще три: «Дачные грезы», «Осень настала» и «Голубая ночь в Порт-Артуре».

Поет Людмила Зыкина

За несколько дней до смерти ему было присвоено воинское звание «майор». Умер Илья Алексеевич Шатров 2 мая 1952 года. Лучшим памятником ему стал вальс, который сегодня звучит не только в исполнении скромных духовых оркестров, но и на самых престижных мировых сценах

Оркестр Нью Йорка «На сопках Маньчжурии». Зал аплорировал стоя

Поет Дмитрий Хворостовский

Исполняет духовой оркестр МО СССР 1970 г. под управлением Н. Назарова. Самое лучшее исполнение

И в завершение поет Евгения Смольянинова

Полностью переработанный и дополненный пост от 14 сентября 2016 года.

Метки: На сопках Маньчжурии

Процитировано 10 раз
Понравилось: 25 пользователям

Источник